Кизеловский угольный бассейн

Материал из MiningWiki — свободной шахтёрской энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Кизеловский угольный бассейн (КУБ, Кизелбасс) — угольный бассейн, расположенный на западном склоне Среднего Урала, в пределах Пермского края. Занимает центральную часть нижнекарбоновой угленосной полосы, простирающейся на 800 км в меридиональном направлении от ст. Кузино Свердловской обл. на юге до поселка Еджыд-Кырта республики Коми на севере.
Называется также 3ападноуральским бассейном, в котором выделяются с севера на юг три района: Вишерский, Кизеловский и Чусовской.

Общие сведения[править]

Границами собственно Кизеловского бассейна считаются: на севере р. Яйва, на юге р. Чусовая, на ке выходы девонских и более древних отложений, на западе условная линия изоглубины залегания угольных пластов — 900, что соответствует в среднем глубине 1200 м от поверхности. В принятых границах общая площадь бассейна: 1500 км² (длина 50 км и ширина 5-20 км).

На площади, прилегающей с запада к условной границе бассейна, угленосная толща погружается на глубину 1700—2000 м и перекрыта пермскими отложениями.

Непосредственно к югу от Кизеловского бассейна расположен Чусовской угленосный район, в северной части которого установлена промышленная угленосность отложений нижнего карбона (Скальное и Обманковское месторождения). Чусовской угленосный район является южным продолжением Кизеловского бассейна.

В Вишерском районе, расположенном в 150 км севернее Кизеловского бассейна, поисково-разведочными работами не обнаружено пластов угля рабочей мощности. Мощность угленосных отложений в этом районе 80 м вместо обычной для Кизеловского бассейна 200 м.

Руины шахты им. Ленина
Кизел Ленина-1.jpg

История открытия[править]

В конце XVIII века рудознатцы Моисей Югов и Яким Меркушев открыли залежи каменного угля на землях Абамелек-Лазаревых, а в 1797 году в районе поселения на речке Кизел начала действовать первая штольня «Запрудная». Вскоре после этого в соседней Губахе появляются Любимовская, Кумраковская, Семеновская угольные копи, последняя из которых закроется только со свертыванием угледобычи во всем бассейне в 1996 году.

В 70-х годах XIX века мимо этих мест проходит луньёвская ветка Уральской горнозаводской дороги, что приводит к бурному росту угледобычи. Лучшие сорта кизеловского угля отправляются по «чугунке» в Петроград для кораблей Балтийского флота, на нужды Пермской и Омской железных дорог, на многие заводы Урала.

Пришедшее к власти советское правительство к 1919 году освободив эти земли от колчаковских войск ставит задачу двукратного увеличения добычи угля, и концу года его добыча вырастает с 18 до 65 тысяч пудов. В пятилетних планах развитию КУБа, как одного из основных топливно-энергетических центров Урала, отводится особое внимание. Уголь объявляется «хлебом промышленности».

По ленинскому плану ГОЭЛРО в Кизел перевозится оборудование электростанции из Ораниенбаума. Энергия новой Кизеловской электростанции главным образом идет на нужды угледобычи в регионе. В 1926 году Кизел становится городом и угледобывающим центром Пермской области. В этом же году угольная промышленность Пермской области достигает уровня развития 1913 года. Вскоре выясняется, что коксующиеся угли на Урале есть только в Кизеле, и в 1928 году в Губахе запускается пробная батарея коксовых печей, а в марте 1930-го — Губахинский коксохимический завод.

Развитие угледобычи с 30-х годов сдерживает кадровая проблема, и на производстве «Сталинугля» (так в ту пору именуется «Кизелуголь») начинает использоваться труд заключенных. В бассейне заложены пять новых шахт, и к строительству шахт и работе в забоях привлекают колхозников: в 1932 году обучено 3468 человек. В том же году на долю Кизелбасса приходится более 48 % общей добычи угля на Урале. В 1935 году создан трест «Кизелшахтстрой».

С каждой пятилеткой добыча угля растет в разы, в довоенные годы строятся 9 новых шахт, и углеобогатительная фабрика, осваиваются новые участки добычи. За время войны на них строится 15 шахт, а в 1942 году основывается шахтерский город Гремячинск. В Коспаше строится еще одна углеобогатительная фабрика. Падение темпов добычи начинается лишь в пятой пятилетке. В Пермской области растет добыча нефти, и промышленность постепенно переориентируется на новый энергоноситель. За счет этого в шестой пятилетке объем угля в топливных ресурсах снижается наполовину. Пик его добычи приходится на 1960 год −12 млн тонн, но почти сразу начинает падать, а в 1965 году угледобыча оказалась единственной убыточной отраслью Пермской области, и дала убыток 63, 8 млн рублей. К 1980 году ее объем уменьшается вполовину.

И без того непростые горно-геологические условия в КУБе, ухудшались. Старые шахты вырабатывали свои запасы, лежащие близко к поверхности, механизация добычи была затруднена. Кизеловский уголь оказался значительно дороже угля из других районов страны. Нарастали экономические и экологические проблемы. За годы добычи угля 19 рек области были отравлены кислыми шахтными водами. Невыплаты зарплат заставили шахтеров перекрыть движение на автотрассе Кунгур-Соликамск и железную дорогу на Березники.

История закрытия[править]

В 1995 году была принята программа ликвидации ОАО «Кизелуголь» и реструктуризации промышленности кизеловского угольного бассейна. Решение о свертывании целой отрасли областной экономики было непростым, поскольку угледобыча была градообразующим производством для большинства городов КУБа. Некоторые критики этого решения сочли его принятым под нажимом западных кредитных организаций. Все семь лет действия программы ее финансирование шло ни шатко ни валко. В 1997 году территорией было получено лишь 18,5 процентов от требуемых средств, а на начало 1998 года область получила от федерации пятую часть необходимых денег. В 2001 году в Перми заговорили было о восстановлении одной из шахт для нужд области. Но расчеты показали: эффективность ее на грани рентабельности, а реанимация какой-то из заброшенных шахт технически неосуществима.

Река в Кизеле, отравленная кислыми шахтными водами
Кислые шахтные воды, шахта им. Калинина, Верхняя Губаха
Они же

Социальная сфера[править]

В результате закрытия шахт самыми зажиточными людьми на территории КУБа оказались пенсионеры и «бюджетники». А бывшие шахтерские поселки стали популярны среди «черных риэлторов». Именно сюда стали переселять жителей Перми, вынужденно или обманом продающих свое дорогостоящее жилье в областном центре. Начала нарастать люмпенизация населения. Создаваемых на территории бассейна рабочих мест оказалось недостаточно, чтобы удержать высококвалифицированные кадры, и со временем открылась еще одна проблема. О ней недавно вслух сказал и. о. губернатора Пермской области Олег Чиркунов, заметив, что раздача денежных субсидий населению региона привела к тому, что местные жители часто уже не хотят работать, надеясь на очередные подачки, а немногие действующие предприятия страдают от недостатка рабочей силы. После близкого знакомства с ситуацией на территории Кизеловского угольного бассейна остается чувство, что сегодня никто толком не знает, что делать с КУБом дальше. Получит ли когда-нибудь область деньги, обещанные федеральным центром на реструктуризацию КУБа, но так до сих пор и не выплаченные, неизвестно. А на средства областного бюджета реформа социальной сферы и развитие производства, решение экологических проблем территории может затянуться на долгие десятилетия.

Экология[править]

Шахтные поля КУБа во многих местах находятся точно под жилыми или производственными участками. Таких опасных зон на территории бассейна 796 гектаров, и процессы образования провалов идут по всей его территории. В прошлом году было обнаружено 76 провалов. В городе Гремячинске в такой провал уже попал трактор, в Губахе — погиб человек. За последние три года засыпано около 41 процента от общего объема провалов, и самое страшное, что никто сегодня не может с гарантией предсказать появление новых. «Закладка» горных выработок, по аналогии с Березниками, в кизеловском бассейне невозможна. Для отслеживания этих процессов в 2001 году был создан Уральский центр социально-экологического мониторинга углепромышленных территорий. Сегодня сотрудники этой важной и нужной организации сегодня в большей степени занимаются накоплением и анализом материалов, в меньшей — ликвидацией последствий техногенного вмешательства. Но и они не могут с уверенностью предсказать, как будут развиваться горно-геологические процессы внутри заброшенных шахт, отравят ли кислые шахтные воды подземные водоносные горизонты.

См. также[править]