Участник:Vasvik

Материал из MiningWiki — свободной шахтёрской энциклопедии
Перейти к:навигация, поиск

Полужирное начертаниеТрудовому подвигу шахтёров Егоршино, наипервейшему подвигу!


Ода

   Хочу воспеть подвиг шахтёров. Восславить общероссийское значение начальных, самых первых трудовых достижений уральских шахтёров. Поднять на пьедестал памяти шахтёров Егоршино! 
   Надо заметить, что труд шахтёров до сих пор недооценён. Глубоко под землёй; полностью в угольной пыли от волос чуба до крайней плоти; в сыром окружении; под опасностью взрыва метана – они буднично, уверенно рубят пласты угля. Топливо – для нас, питание для промышленности, энергию – нашей Родине. 
   Мало кто знает, что они – шахтёры – страдают силикозом. Угольная пыль садиться не просто на одежду, кожу и зубы – уголь заполняет лёгкие. Паразитирует организм. 
   Но продукция их - бесценна по значению. Вся металлургия советского времени; множество электростанций Советского союза; топливо для школ, больниц, воинских частей, санаториев; наконец, просто для отопления частных жилых домов – всё это на угольке, на пылающих кусках угля.  Пуще того! 
    Товарищи! Друзья мои, всмотритесь! То не уголь горит – то идёт жар от шахтёрских ладоней! Как Данко, они, шахтёры, своим сердцем, здоровьем, трудом освещают нам жизненный путь. Из тьмы разрухи они подняли нас до космических высот. 
   То не уголь горит, то освещает нас шахтёрское сердце!   
    Да. Отработаны уж копи Егоршино. Да, на смену угольку поступает огонёк газа. Да, отходит на задний план индустрия, уходит актуальность труда металлургов, шахтёров, энергетиков. Поднимается уже иная экономика – компьютеров и автоматов. Однако, эта современность зиждется на своей предтечи. На индустриальном производстве.  
    На экономике угля, металла и машин!
    Сегодня, 30 августа, в День шахтёра хочу поклониться этой экономике, труду шахтёра, помянуть трудовые достижения наших прадедов. 
    Я обращаюсь сегодня к жителям города Артёмовского Свердловской области, к Вам жители Артёма, Бурсунки, Ключей, Заречья. Обращаюсь и к Вам, шахтёры Буланаша и Кировки.  Хочу восславить ваших дедов и прадедов.  Чтобы вы поздравили каждого шахтёра своей семьи. Восславим наших земляков: шахтёров Егоршинских копей! 
 шахтёры  Артёма, 1926 г.
    Как история всего человечества, практически, начинается с овладения огня, так история советского хозяйства, фактически, начинается с угледобычи. Если с освобождением Урала от белогвардейцев угледобыча начинается с Челябинских копей, то решающий вклад в спасение нашей Родины, первый трудовой подвиг совершили Егоршинские копи. Шахтёры Егоршино!
    Я рассказывал уже , как в годы Гражданской войны Егоршинская оборона стала щитом для всей страны. Что она имеет общероссийское значение. Так вот. Наш маленький уральский городок имеет ещё  одно деяние общероссийского значения. Трудовой подвиг шахтёров Егоршинских копей спас Петроград, колыбель революции и оплот промышленности. 
    Товарищи. Я хочу донести до вашего сознания роль Артёмовского, его жителей для истории всего Отечества. Общероссийское значение подвига наших прадедов.   

Почему из всех угольных бассейнов страны именно Урал дал государству уголь

     После освобождения Урала от Белых в июле 1919 г простой народ вздохнул с облегчением. «Проезжая по знакомым местам, где всего несколько дней назад проходил фронт, я видел, как возвращалась сюда мирная жизнь. Крестьяне пахали землю. На лугах и выгонах паслись коровы, овцы… Чувствовалось, что население спокойно. Оно верит в силу Красной армии и надеется, что Белые сюда уже никогда не вернуться.» 
    Однако. Повсеместно имелась разруха, следы прошедшего на запад, а затем и на восток фронта, остатки боёв, взрывов, уничтожение имущества. «Урал стал советским. И в это тяжёлое время новый враг – хозяйственная разруха – грозит парализовать жизнь молодой советской республики. Затоплены шахты, застыли домны, у полотна железных дорог валяются разбитые вагоны и паровозы. Из-за недостатка топлива останавливаются заводы, железнодорожный транспорт работает с большими перебоями.»  
    Из всего жизненного цикла людей – питания, лечения, производства, транспорта, культуры, наконец, - в 1919-1921 гг топливо выделилось на исключительное значение. 
    Ещё идут бои в Сибири, держим оборону от Деникина, гоним прочь Юденича, а после -ещё война с Польшей, взятие Перекопа. Есть вооружённые силы - да транспорта нет. Не достаёт топлива. 
   Уже собраны хлеб, масло, продукты питания – да привезти нельзя. Транспорт стоит – нет топлива. 
   Уже функционирует экономика – советская республика своими ресурсами сама создаёт одежду, боеприпасы, строит первые электростанции. Да останавливаются заводы, тухнут печи – нет топлива. 
   Бушует по стране тиф; все больницы, даже бараки – переполнены больными. Да нет тепла. Холод в больницах – нет топлива.
    Творят учёные, выходят газеты, повсеместно в советской стране ставят спектакли, бьёт ключом духовная жизнь освободившегося народа: «мы не рабы». Но холод мешает, гнетёт – нет топлива. 
    «Товарищи! Наступило время, когда такой важнейшей задачей стала борьба с топливным кризисом. Мы добиваем Колчака, мы победили Юденича, мы начали успешно наступать на Деникина. Мы улучшили значительно заготовку и ссыпку хлеба. Но топливный кризис грозит разрушить всю советскую работу: разбегаются от холода и голода рабочие и служащие, останавливаются везущие хлеб поезда, надвигается именно из-за недостатка топлива настоящая катастрофа. Топливный вопрос встал в центре всех остальных вопросов. Топливный кризис надо преодолеть во что бы то ни стало, иначе нельзя решить ни продовольственной задачи, ни военной, ни общехозяйственной.»   
    Уж не война, не голод, не тиф встали смертью. Холод, отсутствие топлива несёт катастрофу, исчезновение нашей Родины. 
    Ныне, на рубеже 20-21 вв, когда кроме Донбасса есть мощные угольные базы страны в Кузбассе, Воркуте; Экибастузский угольный бассейн, Канско-Ачинский и многие другие – сложно представить проблему 20-ых гг. Дело в том, что в дореволюционной России Донбасс давал более 80% добычи. Часть угля поставляла России заграница и Польша. Доля добычи Кузбасса в 1916 г составляла лишь 2,2%. Доля Урала во всей общероссийской добычи в 1916 г составила менее 3% - 2,8% от всего угля.    
    Подмосковный буроугольный бассейн давал лишь 1% от всего угля дореволюционной экономики. Теперь же, в условиях кольца фронтов, до освобождения Урала, он стал почти единственным источником минерального топлива. В 1920 году, после освобождения страны от белогвардейцев, доля Подмосковья составила уже 8,6%. Доля Кузнецкого угля в только что освобождённом в 1920 году возросла аж до 18%.  
    Топливо Родине в 1919 и в 1920 гг мог дать только Урал. На Донбассе и в Сибири ещё весь 1919 год шли бои. В 1920 г – они лишь восстанавливали разрушенное хозяйство. «В Донбассе общее число рабочих сократилось более чем в три раза; так, в январе 1920 г горнорабочих насчитывалось около 80 тыс. по сравнению с 275 тыс. (рабочих) в 1917 г. Производительность труда уменьшилась в четыре раза. Добыча угля катастрофически упала и составляла в январе 1920 г только 9% довоенной или 11 802 тыс пудов.»   
    А доля уральского угля в общероссийской добыче 1920 г – наоборот - возросла до 12%. 
    Более того. Хоть Донбасс дал стране в 1920 г общероссийскую долю в 59% и резко (до 18%) выросла доля Кузнецкого угля, но они обеспечили топливом только местные нужды. Так, радиус действия кузнецкого угля доходил на западе лишь до Омска. 
    Донбасс даже привычных потребителей не мог обеспечить углём. Если в 1919 г, в условиях прифронтовой полосы Донбасс в абсолютных цифрах добыл 6,4 млн тонн, то в 1920 году – он добыл лишь 4 млн тонн угля. 
    Учтите.  Дореволюционные сведения и первые сведения в годы восстановления разрушенного хозяйства - уголь подсчитывали в пудах. Основные советские исследования подсчёт добычи угля вели в тоннах. В одной тонне, 1000 кг, - 62,5 пуда, где пуд есть 16 кг.  
    Уголь 1919-1921 гг шёл из-за границы. Смотрите телефонограмму Ленина: «Вчера Совет Обороны решил купить 18,5 млн пудов (на 1921 г) угля за границей.»  При этом. Потребность одного Петрограда в топливе составляла 4 миллиона пудов угля.
    Эти расходы бюджета выделялись при самой крайней нужде. При условии максимального топливного голода, где данное – минимальное - количество угля необходимо, чтобы победить «во что бы то ни стало»  дефицит топлива.
     Петроград, Центр страны заграница снабжала углём через Мурманский порт. Представьте себе, товарищи! Голодная, разорённая Россия покупала уголь за рубежом. За бешенные золотые рубли. За миллиарды золотых рублей.
    Таким образом, уголь в 1919 -1921 гг для советской страны дал Урал: Челябинские, Кизеловские, Богословские, Егоршинские копи! 

Вот соотношение долей добычи угля в районах России. Регион 1916 г 1920 г Примечание. Уголь бассейна Донбасс 71 % 59 % Не обеспечивал потребителей даже по развёрстке. Подмосковье 0,85 % 8,6 % Недостаточен по качеству. Хотя рост производства в 10 раз.

Урал 2,8 % 12 % Обеспечивал и по развёрстке, и шёл к потребителям Центра. Кузнецк 2,2 % 18 % Не достигал до потребителей центра страны.

    Если переводить в тонны, то кажется, что доля Урала по сравнению с Донбассом невелика. Как выше говорилось, Донбасс добыл в 1920 г четыре млн. тонн. А Челябинские копи в 1920 г добыли полмиллиона, т.е. 485 300 тонн. Однако, планы развёрстки шахты Донбасса выполняли лишь на 70%. Даже запланированные потребители не смогли получить от них угля.
    «В результате упорной борьбы горняки Урала, Подмосковного и Кузнецкого бассейна в 1920 г. значительно превысили добычу угля против 1919 года. Не то - в Донбассе. В 1919г. он дал 6,4 млн. тонн, а в 1920 г. — 4. В условиях острой нехватки всего - и крепежного леса, и хлеба, и чуней, и гвоздей - большего и требовать было нельзя от расхлябанных донецких рудников. Нужно учесть и то, что после ликвидации регулярной гражданской войны развился разнокалиберный бандитизм. Бандиты не могли повалить советскую власть, зато срывали работу по восстановлению производства. Больше всего страдал от бандитизма Донецкий бассейн. По соседству с ним притаился Врангель. В донецких степях орудовали Махно и другие «батьки». На Донскую область с надеждой поглядывали бродящие в лесах осколки деникинской армии.»  
    Обращаю ваше внимание: в 1916 году в Российской империи добыли наибольшее количество ежегодной добычи угля в размере 34,6 млн тонн. В 1920 году – добыча угля во всей стране сжалась до 8,7 млн тонн. И наоборот! На наших, на Челябинских копях, каждый год рост добычи превышал 50%. Если в 1918 г было добыто 200 000 тонн, в 1919 г добыто 322 170 тонн, то в 1920 г шахтёры добыли 485 300 тонн! 
    «Добыча каменного угля на Урале в довоенное (дореволюционное) время сосредоточивалась в районах Кизела, Челябинска, Егоршино, Надеждинска (Богословские копи), на Полтаво-Брединских копях (ж/д станция Карталы). Важнейшим угольным бассейном был Кизеловский район. Здесь добывалась половина всего уральского угля. При этом он был самого высокого качества. 
    В 1919-1920 гг на первое место по добыче вышел Челябинский угольный бассейн. Благодаря своему географическому положению на стыке сибирской и европейской железных дорог. К тому же уголь здесь залегал недалеко от поверхности и его можно было добывать открытым способом.  По личному распоряжению Ленина на Челябинские шахты были посланы экскаваторы (20 штук) и другая техника для ведения вскрышных работ, было направленно продовольствие и обмундирование для горняков. В результате  принятых мер на Челябинских шахтах в 1920 году было добыто 30 млн пудов угля = 485 тыс тонн, вместо 8 млн пудов = 128 тыс тонн в 1913 году.»  
    Конечно, рост добычи не может возникнуть вдруг, по волшебству. Увеличение добычи росло, но преемственно. Вот таблица  добычи угля в пудах на месторождениях Урала до освобождения и после освобождения Урала от Колчака (белогвардейцев).

Год Кизел / пуд Богословск /пуд Челябинск / пуд Егоршино / пуд 1916 60,83 млн 18,16 млн 7,6 млн 2,61 млн 1917 50,15 млн 21,2 млн 19,9 млн 4,95 млн 1918 14,85 млн 11,37 млн 12 млн 1,95 млн 1919 11,08 млн 10,5 млн 19,33 млн 2,058 млн 1920 15,57 млн 8,4 млн 29,12 млн 3,11 млн


Что такое шахта, как она устроена

    Современные предприятия горнодобывающей промышленности - это целые заводы. Завод для подземной добычи угля - это шахта. Завод для открытой, на поверхности земли добычи – это карьер. Так вот, дореволюционные шахты и шахты начала 1920-ых гг - это были предприятия кустарного, до заводского, ручного труда.
   Вручную, обушком, рубит уголь забойщик. Вручную, лопатой наполняет он емкость для транспортировки. Так называемые санки. Вручную, лямкой саночник транспортирует уголь, карабкаясь на карачках по узким норам штрека. Вручную каталь толкает вагонетку с углём. Ручным приводом, отчасти на конской тяге вытягивают уголь на поверхность. Вручную вращают ручку вентилятора тысячипоклонники. Вручную спускают деревянные крепления лесоспучики. Вручную закрепляют стойки крепильщики. А то и сами забойщики занимаются крепежом своей лавы.
    Всё это - в темноте, в окружении пород, освещая ойкумену лишь керосиновой лампой. Или открытым огнём свечи. В сырости стен, потолка и подножий. В полнейшей грязи породы, угля, глины. В дыхательной среде спёртого, с долей метана воздуха. 
    Обращаясь к съезду горнорабочих, призывая дать стране уголь, Ленин с самым жарким чувством отмечал, что рабочие угольной промышленности «заняты трудом, самым тяжёлым, самым грязным, самым убийственным, который человеческая техника стремиться вообще уничтожить.» 
    «Наиболее опасными по метану являются шахты Карагандинского, Донецкого, Кузнецкого бассейнов и месторождений: Егоршинского на Урале и Сучанского на Дальнем Востоке, а также многие шахты в Грузии и на Сахалине. Донецкий, Кузнецкий бассейны, Сучанское и Егоршинское месторождения имеют пласты, опасные по внезапным выбросам угля и газа. Выбросы – одно из самых грозных явлений, происходящих при разработке угольных пластов.» 
    Чтобы уменьшить загазованность шахт подземное предприятие по добыче полезных ископаемых имеет сложную, многоканальную, разветвлённую систему. 
    Если поле крестьянина начинается с пахоты, то шахта начинается с проходки. Чтобы подготовить пласт угля к выработке, нужно не просто оголить пласт, необходимо до угля ещё добраться. Нужен ствол, штреки, подготовленная лава. 
    Проходка выработок проводилась почти вручную. Шпуры для закладки взрывчатых веществ пробуривали вручную. Для погрузки отбитой породы применялись только лопаты. Недаром основная специальность шахтёра - это проходчик. Шахтёр, который осуществляет подготовительные горные выработки, выбирает породу, укрепляет стены. 
    Каждая шахта имеет ствол. Это вертикальный колодец или наклонный вниз туннель. Внизу, к слоям угля, от ствола расходятся горизонтальные коридоры – так называемые штреки. По штрекам транспортируют уголь, материалы для производства и перемещаются люди. Штреки доходят до тех мест, где уголь вырубают от пласта или отделяют от грунта. Это местонахождение забоя. Шахтёры его называют лавой. 
    Ныне, на рубеже 20-21 вв. все процессы в шахте механизированы. Тем не менее. Раз выемка угля производилась вручную кайлом, обушком - люди, которые отделяют уголь от пласта, до сих пор называются забойщики. Именно забойщики вырубают уголь. Они же и шахтёры-крепильщики, укрепляли потолок и стенки деревянными стойками, крепёжными рамами. Транспортировали уголь шахтёры по названию саночники или катали. 
    «Тяжесть труда шахтёра определялась тем, что зарубка и отбойка угля осуществлялась вручную при помощи обушка. Кайло и лопата были единственными средствами труда шахтёра, основными средствами производства всего процесса угледобычи. Доставка угля по лаве осуществлялась вручную – саночками. И людей называли саночники. Это люди, которые таскали санки с грузом в 10-12 пудов угля на четвереньках, передвигаясь на четырёх конечностях, а то и на коленях – таскали при помощи лямки-цепи, прикреплённой к поясу. На штреке уголь также грузили вручную из санок в вагонетки. Транспортирование угля по штрекам и главным горизонтальным выработкам производилась вручную откаткой грузов вагонетками.» 
    Техника угольной промышленности царской России носила полукустарный характер. «Парк вагонеток был грузоподъёмностью всего лишь 0,25 – 0,35 тонны. Нередко вагонетки состояли из кузова с деревянными бортами. Примитивным было и путёвое хозяйство: рельсы укладывали лёгкого типа по 7-11 кг на 1 пог.м, вместо шпал применяли распиленные бывшие крепёжные стойки. И только в случаях протяжённости штреков более 600 метров применялась не ручная, конная тяга грузов. По вертикальным стволам груз тоже поднимался лебёдками и воротом на конной тяге.» 
    Итак, продолжим. Из всех угольных бассейнов России 1920 г, именно Урал обеспечил государство углём. Донбасс – в катастрофической разрухе. Кузбасс ещё не начал свою колоссальную добычу. Уголь Подмосковья был бурым, низкокалорийным. Недостаточным. Заграничный привоз был крайне тяжёл. Стремился к сокращению.
   Конечно, в 1919 г Егоршинские и Челябинские копи ещё восстанавливали разрушенное хозяйство. Так, в Егоршино только к декабрю откачана вода из мелких шахт, восстановлен копёр шахты № 2, который Белые сожгли при отступлении. Самую передовую из шахт (София-Филипп) восстанавливали больше года, до осени 1920 г.
   На Челябинских копях – Кыштымских, Златоустовских, Тугайкульских – почти все шахты были затоплены, механическая мастерская целиком эвакуирована Белыми. Только на разрезе подвигом механика Пермикина остался полностью годный паровой экскаватор. Дело в том, что  Беляки  хотели  столкнуть  его  в  разрез  и  всё  сражение  с  24 июля  по  1 августа держали под парами. Но в последний момент Н.А. Пермикин затушил котёл, обездвижил машину.  
    Поэтому первыми на Урале заработали Челябинские копи. Уже  в августе 1919 года их рабочие дали стране 293 641 пуд угля. 
    В сентябре – 963 830 пудов. В октябре и ноябре по 1 миллиону 600 тыс. пудов. А в декабре 1919 г – почти 2 миллиона пудов угля. За весь 1920 г – уже более 30 миллионов пудов. Параллельно отличились героизмом рабочие Егоршинских копей.
    шахта «Филип» Егоршинские копи

Что представляли собой угольные предприятия Егоршино

    До освобождения Урала, хозяева Егоршинских копей – желая удовлетворить большой спрос на уголь – вели форсированную, хищническую добычу.  С отступлением белогвардейцы затопили многие шахты, намеренно создали завалы. После них не сохранилось старых маркшейдерских планов по выработкам. И самое главное, значительным препятствием для разработки пластов угля была бессистемность прежних работ на ней. 
    При добыче угля подземным способом большое значение имеют вскрытие пластов, подготовка шахтного поля и системы разработки. Правильно выбранные для данных геологических условий схема вскрытия, способ подготовки и система разработки предопределяют возможность обеспечения хороших технико-экономических показателей работы шахты.
    Работа велась в две двенадцатичасовые смены, в одну из которых в забое обычно производилась подбойка, а в другую – выгрузка угля. Добыча угля на всех копях Егоршино поднялась до 4,9 млн пудов, т.е. 78400 тонн в 1916 году. На копях, зимой, работало не менее 5 тысяч человек.
    На шахтах того времени не было гардеробных и душевых. Рабочий после труда в забое шёл домой, где только и мог помыться и переодеться. Жилище было в землянках: так называемые «собачёвки». В них жили не только военнопленные или китайские кули. Но и часть российских рабочих, съехавшихся после полевых работ в поисках подсобного заработка.  
    Привожу воспоминания Гусана Минигулова о дореволюционных условиях труда. «Работу сейчас и не сравнить с прежней. Каких только механизмов в шахте нет. Тогда же, кроме кайлы да лопаты, ничего не знали. За день до ломоты намотаешься кайлом – и ни помыться, ни отдохнуть негде. Усталый, весь в (угольной) саже идёшь в казарму. Там на общих нарах поменяешь одежду и тут же вповалку укладываешься спать. Вот она какая была жизнь!» 
    Как известно, в Егоршинское месторождение угля входило пять копей: Бобровская, Ключи, Бурсунка, Черемшанка, Клара и Лара. 
    В 1920 году все мелкие шахты были объединены в три: Бобровская № 1, Бурсунка № 2, Ключи.  А копи Черемшанские, а также Клара и Лара оставлены на консервации до 1924 г. 
    «Подготовительных работ в Егоршинском районе при Белых почти не проводилось, они стремились добыть угля как можно больше. Вследствие этого на Бобровских копях было найдено подготовленного угля всего около 600 тысяч пудов. И на остальных четырёх копях лишь около 500 тыс. пудов. Всего, следовательно, 1100 тыс. пудов. Часть шахт оказались затопленными (особенно, главная шахта «София» Бобровской копи, прекрасно оборудованная). Много завалов в шахтах. Также, как и на других копях Урала, после Белых не оставалось ни одного техника, увезены были все чертежи, планы.»    
    Бобровские копи – это несколько шахт и уклонов бывшего Нижнетагильского горнозаводского округа Демидовых, князя Сан-Донато. Так, после полсотни шахт разной глубины, в декабре 1911 г началась проходка самой передовой по тем временам шахты, которую в честь жены Елима Павловича Демидова назвали «София».  Постройка шахты закончена в феврале 1913 г с прогнозом добычи до 500 тысяч пудов в год. Шахта «София» имела паровой двигатель для подъёма угля. Сравните. Типичным были кустарные шахты, где подъём угля производился конным воротом. А некоторые шахты, вообще, имели ещё ручные вороты для подъёма угля. 
     Почему «София» считалась лучшей? Передовой шахта считалась по запланированному оборудованию и будущей электрификации от собственной электростанции на реке Бобровка. Кроме того. Крепление откаточных штреков было сплошным.
    Однако, эта «передовая» шахта даже вентиляционного ствола не имела, освещение работ велось бензиновыми или керосиновыми лампами. Шахта опасна по взрыву газа, однако никаких замеров загазованности частными собственниками не предполагалось. 
    В итоге белогвардейской мести эта самая передовая шахта была значительно повреждена завалами, крепления откаточных штреков были повреждены взрывами. А сама шахта так затоплена, что её откачка завершена только осенью 1920 г.
   Ключевские копи – это несколько шахт бывшего Сысертского горнозаводского округа Д. П. Соломирского, который продал весь округ английскому акционерному обществу. Кроме мелких выработок, здесь были шахта №1 глубиной 106 м, шахта №2 глубиной 51 м и шахта Воскресенская. На последней имелась паровая машина для подъёма угля и откачки воды. В стволе шахты ходили две клети.
    Черемшанская копь и Бурсунская копь – это множество шахт бывшего Верх-Исетского горнозаводского округа графини Н. А. Стенбок-Фермор. Кроме прочих, шахта №2, шахта «Старая» № 28, глубиной до 51 м и шахта № 19 значимы для нашего исследования, т.к. дали уголь трудом советских шахтёров.
    Копи Клара и Лара – это несколько шахт бывшего купца Н. А. Напорова, которые неоднократно сдавались в аренду и перепродавались. Копи находятся у современного посёлка Алтынай, имевшего раньше характерное название «Антрацит». 

Первые достижения

     Итак. Вторыми по значению на Урале проявились шахтёры Егоршино. Уже в июле 1919 г, сразу по освобождению от белогвардейцев, они добыли 10 тысяч пудов нового угля. Далее по месяцам я привожу таблицу с названием «Урал. Егоршинский район. Добыча и вывоз угля после Белых.»  

Август 1919—140 000 пудов Сентябрь 1919—210 000 пудов Октябрь 1919—300 000 пудов Ноябрь 1919—240 000 пудов Декабрь 1919—250 000 пудов Январь 1920—178 867 пудов Февраль 1920—250 000 пудов Март 1920—287 872 пуда

    Кто герой этого трудового подвига? Кто организатор, кто душа трудового энтузиазма? Кто они, эти егоршинские атланты, поднявшие подземную тягость до небес?  Одним из этих героев является Николай Иванович Агафонов. 
    Его историческая личность для Егоршино, да и для всей страны, попала в тенеты забвения. Я хочу воспеть его жизненный путь, отдать заслуженные почести. 
    Ещё весной 1917 г, после февральской революции, когда рабочие повсеместно создавали своё представительство – Советы рабочих депутатов, история открывает его имя. От шахтёрских копей он избран в Совет, а внутри Совета все депутаты от рабочих избирают Николая Ивановича Агафонова председателем исполнительного комитета каменноугольного Совета рабочих депутатов. 
    Почему Агафонов возглавляет власть именно шахтёров? Дело в том, что в селе Егоршино и на железнодорожной станции были свои соответствующие Советы рабочих депутатов. В воспоминаниях комиссара железнодорожного красногвардейского отряда Павловского А. О. наш Агафонов назван «председателем Копейского Совета», т.е.  Совета р.д. Егоршинских каменноугольных копей.
    Почему возглавлял власть шахтёров именно Агафонов? Значит, ещё в царские времена Николай Иванович проявился как организатор и защитник рабочего класса. Шахтёрский пролетариат Егоршино с апреля 1917 г доверил ему всю исполнительную власть. Таким образом, и всё время двоевластия; и подготовки социалистической революции: и первые месяцы после Октябрьской революции; и период национализации копей; и первые месяцы труда на самих себя; затем и период мобилизации населения на борьбу с агрессией чехословацких интервентов – всё время по июль 1918 г он возглавляет власть пролетариата. 
    Председатель исполнительного комитета каменноугольного Совета рабочих депутатов был и в составе отрядов Красной гвардии боровшихся с дутовщиной. Агафонов Н. И. возглавил подразделение егоршинских шахтёров, воевал под Челябинском.
    В годы Гражданской войны Агафонов Н. И. воевал за нашу Родину в составе 22 (452) Кизеловского полка. Полк возник из шахтёров Кизеловского бассейна и тех подразделений 29 дивизии Красной армии, которые от Чусовой зимой 1918-1919 гг отступали на север. В последующем, Кизеловский полк полностью освободил от белогвардейцев Коми-Пермяцкий округ. Участвовал в освобождении Урала от войск Колчака в июне-июле 1919 г. В составе Особой бригады М. В. Васильева полк 30 июня героически переправился через Каму. Освобождал Кушву, Нижний Тагил, Алапаевск и Талицу. 
    Однако, стране нужен был уголь. И наш Агафонов Н. И., по решению ревкома, прибывает в Егоршино для восстановления разрушенного хозяйства каменноугольного района. Вот факты из воспоминаний председателя Артёмовского горсовета И. Антропова: «В 1919 г Красная армия очистила наши окрестности от белогвардейских банд… В 1919 г на территории Егоршинского района создаётся Егоршинский волисполком. Он помещался тогда в бывшем поповском доме, ныне детском саде Егоршино. Волость объединяла село Егоршино, деревню Паршино, Егоршинские копи. В августе 1919 г образуется волостной комитет РКПб, его секретарём избирается Николай Иванович Агафонов. А членами – И. А. Малых, С. Занчевский, И. Солдатов, И. Ольков.»  
    По данным Артёмовского краеведческого словаря, с августа по ноябрь 1919 г Николай Иванович Агафонов был ещё Председателем Егоршинского волисполкома. В начале 1920г он участвует в качестве делегата от Егоршинских копей на Уральской областной конференции профсоюзов рабочих угольной промышленности. Вероятно, Николай Иванович Агафонов был делегатом с решающим голосом Первого Всероссийского учредительного съезда горнорабочих 1-6 апреле 1920 г. 
    Он слышал Ленина: «Чтобы спасти Советскую власть сейчас, необходимо дать хлеб для промышленности, т.е. уголь!»  
    И наши прадеды постарались. С повышенным энтузиазмом Егоршинские шахтёры проявили чудеса трудовых достижений. «После отступления армии Колчака на восток добыча угля на шахтах (Егоршинских копей) стала постепенно расти, составляя (1919 г) около 800 000 пудов в год. Упорядочивалось горное хозяйство, стали возвращаться рабочие, выделялась спецодежда, откачана вода из мелких шахт (около 40 мелких шахт), восстановлен сожжённый колчаковцами копер шахты № 2 и т.д.»  Каждый месяц план добычи перевыполнялся. Наши деды перевыполняли планы на 13%, на 30%, на 45% из месяца в месяц.
   Вот такой яркий трудовой героизм, моральный подъём шахтёров «Но стране надо уголь – дадим его!» - воплотился в трудовые достижения. 
   «Самое большое количество ежемесячной добычи угля на всём Урале достигло в апреле 1920 г 5 млн 714 тысяч 784 пуда (91 436 544 тонны). Помесячно Урал давал в среднем 4,5 млн пудов (72 000 тонн).» 
    Уважаемые земляки. Ровно век назад, к осени 1920 г, здесь, на копях Егоршино, было до 1510 работников, из них до 225 забойщиков. Представьте себе. В августе 1920 г производительность составляла до 50 пудов на забойщика за смену. А в сентябре 1920 г добыча поднялась уже до 80 пудов на забойщика за смену. 
   Абсолютный рост в 60%.  Это ли ни трудовое достижение?!
    И подобный трудовой героизм характерен для многих уральских шахтёров. Сильно, очень сильно были разрушены шахты. Трудно было даже поверить, что всё это когда-нибудь заработает. Но стране нужен был уголь. Вот факты восстановления разрушенного хозяйства на Челябинских копях в 1919-1920 гг.
    «Необычайный героизм и самопожертвование проявляли копейцы. (Челябинска) Так, при проведении в порядок водоотливного оборудования на шахте № 5 и при её откачке слесарь Мирон Марченко много раз, рискуя жизнью, спускался под воду для пуска останавливающегося насоса. Такие примеры не были единичными. Для того, чтобы как-то начать добычу угля из разреза № 2, где полностью отсутствовал подготовленный для открытой выемки уголь, была создана бригада проходчиков во главе с Ф. И. Мокиным.  Эта бригада бездействующий подъёмник продолжила по падению пласта в виде наклонной шахты. Так возникла шахта «Уклон № 1», вписавшая немало славных страниц в историю Челябинского бассейна.»  
    Премиального фонда в 1919 г ещё не было. Сослужили службу в качестве премий два вагона женских юбок, оставленных беляками при отступлении. Так, вот! Шахтеров Копейска премировали не только табаком, сахаром. Им вручали юбки. Подарок для их семей, чтобы шахтёр мог порадовать жену и дочерей.
    Кроме героизма для Челябинских копей характерно отличие добычи угля от широко распространённого подземного способа. Уголь здесь (пластами от 0,85 до 5 сажен) залегает сравнительно близко от поверхности. Его легче и безопасней можно вынимать. Уже имелись разрезы, например, Емельяновский в 30 саженей шириной и 120 саженей длиной. 
    Таким образом, высочайшая производительность труда Челябинских копей опиралась не просто на труд героев, но и на эффективность добычи открытым способом. Карьерами. Правда, готовых к выемке открытыми работами запасов не осталось, наоборот, уголь хищнически был выбран даже под бортами. Необходимо было более 100 коновозчиков с лошадьми для вывоза породы и угля. Но лошадей не было. 
    В первую очередь было решено восстановить наиболее эффективные объекты по добыче угля, приступить к подготовке карьеров.
    Вскрышные работы в царские времена велись землекопами. И вывозились на лошадях возами (грабарками). Но! И людей для копки земли страшно не хватало. Боеспособные ушли на фронт, трудоспособные грабари просто разбежались. Тогда, для немедленного и эффективного производства был задействован годный экскаватор. 
 

Экскаватор на угольных копях.

    Самое пристальное внимание к шахтёрам Урала уделял Ленин. Уже в августе 1919 г он добился от Совета Труда и Обороны постановлений по милитаризации рабочих и служащих каменноугольной промышленности Урала. Снабдил рабочей силой. 
    Ради наиболее эффективной добычи угля открытым способом Владимир Ильич добился помощи Челябинским копям в механизации. «Предлагается коллегии Главугля принять срочные меры к доставке в Челябинск 20-ти экскаваторов для всемерного усиления открытой разработки каменноугольных копей ещё этой зимой. Каждые две недели присылать Совету Обороны краткий письменный отчёт о ходе дела по отправке в Челябинск экскаваторов.»  
    Кроме того. По личному распоряжению Ленина на Урал были посланы не только средства производства, но и такое дефицитное по тому времени продовольствие и обмундирование для горняков. Кстати. В представленном ниже тексте под словом «Екатеринбургский район» нужно понимать обеспечение шахтёров Егоршинских копей. Ведь именно они благодарили Ленина в ответ. 
    «Реввоенсовет 3, Пермскому губпродкомиссару, комиссару Пермской дороги и Екатеринбургскому губпродкомиссару. Во что бы то ни стало снабдить всех рабочих Урала, особенно Екатеринбургский район, Кизел и другие угольные районы полным запасом необходимого продовольствия. Все военные власти и путейские отвечают за безусловное исполнение. Отвечайте немедленно, сколько пудов и куда доставлено. Предсовобороны Ленин. 20 ноября 1919 г»          
    С августа 1919 г, осенью, всю зиму самое неусыпное внимание к работе уральских шахтёров проявлял Ленин. Так, 9 декабря, 15 декабря 1919 г на Совете Обороны обсуждается исключительно вопрос о снабжении уральских горнозаводских рабочих продовольствием и предметов широко потребления. «В целях снабжения работников шахт и членов их семей продовольствием был установлен порядок, по которому за каждую тысячу пудов добытого угля предоставлялось: муки – 4,997 пуда; картофеля – 1,101 пуда; мяса – 0,487 пуда; сахара – 0,513 пуда.» 
    «По его заданию ещё зимой 1919-1920 гг была установлена прямая телефонная связь с Москвой, и ежедневно в Кремль через Главуголь передавались сведения о добыче и отгрузке угля.»  

Сведения о добыче угля на Челябинских копях в 1920 г. Январь — 2 625 109 пудов. Февраль — 2 195 680 пудов. Март — 2 140 597 пудов. Апрель — 2 692 941 пуд.

    В ответ на ленинский призыв с исключительным энтузиазмом, героически преодолевая всевозможные трудности, трудились уральские шахтёры. Выполнение для Челябинских копей задания продразвёрстки было на 189%. 
    7 мая 1920 г Ленин выразил благодарность шахтёрам Челябинских копей. Из постановления Совета Труда и Обороны: «…Заслушав сообщение о проявленной рабочими и служащими Челябинских копей энергии, что выразилось в добыче угля сверх производственной программы Главугля за первую четверть 1920 г на 25%, а также не только в полном выполнении производственной программы за апрель 2200 тысяч пудов, но и в выработке сверх нормы в 900 тысяч пудов, Совет Труда и Обороны постановляет: выразить благодарность рабочим и служащим Челябинских копей и поручить Народному комиссариату продовольствия совместно с Народным комиссариатом Труда и Президиума ВСНХ выдать им премию.»   
    Ещё раз обращаю внимание на разницу с Егоршинскими копями. Этот кардинальный рост производства основывался не просто на энтузиазме. А на более эффективном способе производства. Открытой добычи угля в карьерах. И благодаря механизации. Благодаря самым энергичным организационным мерам коммунистической партии во главе с Лениным. 
    Уже весной – летом подготовили подъездные пути, уложили рельсы под экскаваторы и железнодорожные вагоны. Поступающие экскаваторы запускали в работу. 
    «Экскаваторы (три) работают с 15 августа 1920 г, есть ещё 8 не пущенных в ход экскаваторов, т.к. не проведены ещё подъездные пути. Один экскаватор, где работают 2 человека, по производительности равен 800 человек и 300 лошадей. Привезены врубовые машины, 50 штук, что равняется 5000 рабочих.»  
    Поэтому за девять месяцев 1920 г значительную долю вскрышных работ выполнили конные вскрыватели - грабари. Они вывезли 35 000 куб. сажен породы. А с помощью экскаваторов только 8 000 куб. сажен. Однако, работа экскаваторов уже в августе выразилась в 2 600 куб. сажен. А в сентябре 1920 г вскрыли 3 300 куб. сажен.  

Сведения о добыче угля на Челябинских копях в 1920 г. За Июль — сентябрь — 6 682 000 пуда, в том числе, сентябрь — 2 262 000. Октябрь — 1 947 000 Ноябрь — 3 108 000 Декабрь — 2 940 000 Всего за 1920 год Челябинские копи добыли угля на 34 % больше годового плана.

    Этот поразительный настрой, возникший в первые месяцы мирного советского труда, проявлялся даже по истечении десятков лет в обращениях шахтёров. Так, в газете «Егоршинский рабочий» от 1947 г уже больной пенсионер Путилов А. Л. обращается к своим товарищам по шахте, к своим ученикам, ко всей молодёжи шахты «Ключи» с призывом.

"Дорогие друзья! Шахтёры! Матери Родине нужен уголь — дадим его! Организуйте стахановские вахты, берите повышенные обязательства и добивайтесь их перевыполнения. Добивайтесь так, чтобы высоко держалась честь шахты «Ключи», чтобы она была лучшей среди егоршинских шахт, чтобы наша шахтёрская семья с великой радостью и гордостью за свой благородный труд шла навстречу великому празднику — тридцатой годовщине власти трудящихся. Я буду ждать ответа от вас, мои товарищи, через газету «Егоршинский рабочий.»

   Насколько искренне обращение этого пенсионера, настолько же очевидно подобное патриотическое отношение тех шахтёров, 1919-1921 годов. Путилов А. Л. специально подчёркивает свой производственный стаж, чтобы его призыв был более убедительным. «Я тридцать лет проработал на егоршинских шахтах проходчиком. За свой труд я был 25 раз премирован, получил почётную грамоту, значок «Пятилетку – в 4 года», медаль «За доблестный труд в ВОВ 1941-1945 гг». В 1939 г я был по старости переведён на пенсию. Но не бросил шахты, продолжал работать в ОТК, а в годы войны – машинистом вентиляции. В августе 1947 г здоровье заставило покинуть шахту, я перешёл на инвалидность.»  
    Вот такой яркий трудовой героизм, моральный подъём шахтёров «Но стране надо уголь – дадим его!» - воплотился в трудовые достижения. По развёрстке 1920 г Егоршинские копи должны были добывать угля по 200 000 пудов в месяц. Но шахтёры наших копей, наши прадеды почти всегда перевыполняли план. 

«Урал. Егоршинский район. Добыча и вывоз угля после Белых.» Добыча угля в 1920 г: Февраль 1920—250 000 пудов Март 1920—287 872 пуда Апрель 1920—267 321 пуд Май 1920 г — 250 000 пудов Июнь 1920 г — 260 000 пудов Июль 1920 г — 265 000 пудов Август 1920—270 000 пудов

    Друзья мои, тут проза так слаба, что необходима эмоция поэзии. Чтобы воистину передать пафос подвига. Где физически тяжко, но нравственно столь пламенно высоко. Нужен стих самого шахтёра, которому этот подвиг близок. Сюжет таков. Уже работает мощная механизация, старый шахтёр смотрит на новую добычу угля, и вот… 

Отрывок из произведения В. Шутовой «Стоит шахтёр задумчивый, седой, Большую лаву заливает светом, Течёт в вагоны жаркий антрацит. Шахтёр стоит, в руках согретый Кусочек угля золотом горит. Ещё минута — подойдёт к комбайну, За плечи он водителя возьмёт: — „Пришло к нам счастье это не случайно, Всю жизнь боролся за него народ.“ А может издали он только глянет, И тихо скажет: — „В добрый путь, сынок!“ Неугасимыми озарён сияньем Он счастлив тем, что этот паренёк, Не знает обушка, Ни разу в жизни не полз во мгле, как старики ползли…»

   В забое.
    Наглядно об условиях, героизме того труда, 1919-21 гг, можно увидеть в кинофильме «Зеркало для героя», выпуска 1987 г. Забойщик, как например, наш Гусан Минигулов, полулежит в тесной норе; кайлом, до ломаты в костях, отрубает уголь от потолка и стен. Другой шахтёр-каталь, например Борис Джамиров, лопатой, а то и рукой наполняет вагонетку углём. После, по склизкой щебёнке тянет вагонетку к штреку, а потом по штреку вручную толкает до подъёмной клети. 
    Под ногами хлюпает вода, а из щелей деревянного свода текут целые струи воды. На брёвнах креплений сырость, клубы плесени. А между стоек проглядывает бурая вязкая порода. Деревянную крепь применяли тогда в виде стоек, кустов, органной крепи и костров. Деревянные крепёжные рамы – как называли «дверные оклады» - были основным и почти единственным видом крепи от толщ породы.
   Здесь же, для вентиляции два парня, как например, С. А. Гордеев, по названию тясячипоклонники, по очереди через 1000 наклон-подъёмов вращают ручной вентилятор. В это время в глухом забое Гусан пытается хоть немного глотнуть свежего воздуха и далее готовит подбой для следующих вагонеток. 
    На шахте «Ключи» с глубиной 82 м вагонетка с углём поднимается паровой машиной, где кочегары вручную подавали топливо в топки, лавируя между вагонетками и фронтом котлов. Из шахты «София» также, силой паровой машины, ещё откачивали воду. На шахте «Бурсунка» глубиной 49 м и на других мелких шахтах клети ещё поднимались конным воротом. Коногон, например Гарей Ахмадулин, часами вкруговую водил лошадь для подъёма грузов. А для водоотлива шахт воду поднимали бадьями. А в штреках шахт её собирали вёдрами и ковшами. 
   В отремонтированной после Беляков шахте «София» уголь в забое грузили сразу на вагонетки, которые двигались по желобам. Вагонетки до откаточного штрека из забоев перемещали рабочие – катали. Например, Слепокуров Николай Михайлович. А на-гора клети, груженные вагонетками с углём, поднимал по стволу машинист, например Имберг А. М., руководя паровой машиной. 
   Ещё проблема – выпадение вагонеток с углём из клети. Бывает, они не удерживаются в клети. Авария. И целые смены людей, как забойщики Самигулин Талип и Шайдулин Хазиула, оставались без работы. Проблема, целое искусство, как удержать надёжно вагонетку в клети!
    На ряде шахт с давних пор сохранился даже примитивный способ подъёма в бадьях. На поверхности наших шахт гружённая вагонетка, вытолкнутая вручную из подъёмной клети, также вручную откатывалась по деревянной эстакаде к лобовому опрокидывателю и разгружалась под эстакаду. От шахты «Филипп» вагонетки с углём шли самотёком по узкоколейке. Обратно их отвозили лошадьми, коногоном мог быть, например, тогда молодой К. Н. Плотников. От более удалённых шахт – Ключи и Бурсунка уголь подвозился конной тягой.
   На шахтах не было сортировок. Уголь же грузили в железнодорожные вагоны вручную – лопатами, носилками и корзинами. Поэтому, в статистических данных того времени каждый раз идут два подсчёта: добычи угля и отгрузки угля.
    Кроме работы проходчика, забойщика, каталя и стволового - производственному процессу нужны лесоспучики, костёрщики и крепильщики. Работа лесоспучика крайне значима. Например, Семён Андреевич Прохоренко мог работать лесоспучиком. Раньше бревно нужно было поднять и взять на плечо, а потом спустить в скважину, когда подойдёт «тарелка». На это уходило много времени. Рабочие не успевали подносить лес к скважине. Штрековый лес спускали 3-4 часа. А у забойщиков и крепильщиков, костёрщиков возникали простои из-за нехватки крепежа.
    С 1920 г шахта «София» получила новое имя – «Филипп».
    До революции рабочий день был по 12 часов. При советской власти шахтёры работают уже в три смены, по 8 часов. За смену забойщик с каталем должен был выполнить норму: сделать подбой пространства длиной в 1 обушок – около 0,9 – 1 м, а также из этого пространства убрать уголь и закрепить выработку деревянными стойками.     
    «…Егорыч (Михаил Егорович Ягуткин, четверть века робил, удостоен звания «почётного шахтёра») неожиданно заговорил о былом. – Раньше, как жили? Я ещё застал старую шахтёнку «Филипп». Ни о какой механизации в ту пору не слышали и слышать бывшие хозяева не хотели. Не труд был под землёй – каторга! Горняков за людей не считали. Много нашего брата осталось в лавах. А попробуй теперь шахтёра пустить в непроветриваемый забой, заставить бурить плохим перфоратором, не дай спецовки – делов не оберёшься.»  
    Действительно - до революции шахтёр - как вылез из шахты закопчёный, в угольной пыли и грязной одежде, так и шёл домой. Ни помыться, ни переодеться не могли. Советская власть непременно обеспечивала шахтёров спецовками. Создан специальный отдел по снабжению рабочих производственной одеждой «Прозодежда». Местная власть во главе с Николаем Ивановичем Агафоновым осуществляла санитарную инспекцию. Сразу установили умывальники. Позже строили душевые, бытовки. Работники угольной промышленности обеспечивались повышенным пайком от 34 до 60 фунтов хлеба соответственно условиям труда.  
    Не только ответственность, что Родине нужен уголь, вела людей к трудовым подвигам, но и чувство заботы государства о шахтёрах. «В ответ на заботу вождя уральские шахтёры трудились с небывалым энтузиазмом, часто выходили на шахты целыми семьями. В телеграмме В. И. Ленину 7 января 1920 г горняки Егоршинских копей благодарили его за «внимание к горнорабочим Урала в вопросе продовольствия, видя в этом залог неразрывной связи рабочих масс с вождями и окончательную победу над холодом.» 
    Приглядись внимательнее, читатель. Если за полугодие 1920 г шахтёры Егоршинских копей выдали 1442 тысячи пудов, то за три месяца июль-сентябрь выдали на-гора 808 тысяч пудов. При плане в 635 тысяч пудов наши прадеды выдали 808 тысяч пудов, 130% плана!  

«Добыча Егоршинского района в 1920 г.» Сентябрь 1920 г — 266 000 пудов Октябрь 1920 г — 264 000 пудов Ноябрь 1920 г — 259 000 пудов Декабрь 1920 г — 330 000 пудов

    В тяжёлых условиях разрухи Егоршинские шахтёры одними из первых на Урале выполнили социалистический план на 1920 год. Добыли так необходимое стране топливо.  План по добыче в 3 млн пудов (48 тыс тонн) был перевыполнен. Всего в 1920 г на Егоршинских копях добыли 3,2 млн пудов, т.е. 51,2 тыс тонн, что на 165 тысяч пудов = 2640 тонн сверх плана!  
    Чтобы понять всю значимость этого перевыполнения плана я ещё раз сравню наши копи с шахтами Донбасса. 
    Советская власть делала всё возможное для подъёма угледобычи Донбасса. Для работы на этих шахтах из Красной армии были демобилизованы горнорабочие: забойщики, саночники, проходчики. По решению СТО на работу в Донбасс направлялись инженеры. Все эти меры привели к тому, что к 1 ноября 1920 г численность работающих на шахтах Донбасса составила около 130 тысяч человек. Увеличилась на 50 тысяч! Однако руководство каменноугольной промышленности Донбасса во главе с Пятаковым не смогло обеспечить рабочих продовольствием. Нарушило политику товарообмена с крестьянством.
    «В результате неправильных действий Пятакова положение в Донбассе резко ухудшилось.  Из-за усиливавшихся продовольственных затруднений и уравниловки в оплате труда начался массовый уход рабочих с шахт, добыча угля стала резко падать. 28 февраля 1921 г Ленин подчеркнул всю остроту сложившегося положения. «В Донбассе получается так, как указывал один товарищ: хлеба нет, потому что нет угля – угля нет, потому что нет хлеба. Тут надо где-нибудь эту проклятую цепь прорвать своей энергией, нажимом, героизмом трудящихся, чтобы все машины завертелись.»  
 

Забойщик Гусан Минигулов участник трудового подвига 1919—1921 гг. Почему из всех месторождений Урала именно Егоршинские копи спасли Петроград

  Так, Кизеловский угольный бассейн был самым значимым на Урале. Кизеловские копи до революции давали до 68% угля от всей добычи Урала. И уголь Кизела считался самым лучшим, антрацитовым. Однако, производственная программа 1920 г, установленная для Кизела, была не выполнена. Его доля в общеуральской добычи упала до 25%. Роль локомотива переходила теперь к Челябинским копям, доля которых выросла до 45% общеуральской добычи угля.
    Предприятия Кизело-Луньевского бассейна в 1919 – 1920 гг находились в глубоком кризисе.  Остро не хватало рабочих. Местные шахтёры Кизела ушли в составе Красной армии далеко на восток, сражались за Урал, освобождали Сибирь, болели тифом под Байкалом. Не было технического персонала, не было оборудования. Шахты затоплены, взорваны, постройки на поверхности сожжены. 
    Конечно, на Кизеловские копи тоже мобилизована рабочая сила, но остро не хватало жилья, одежды, обуви. Мобилизованные дезертировали, не выходили на работу. Болели. Характерно, когда страна перешла к НЭПу, тогда с переходом от развёрстки к продналогу больше трети рабочих покинула шахты Кизеловских копей.  
    Вот свидетельство, как одевались мобилизованные трудармейцы на Челябинских копях. Автор, один из командиров производства, рассказывает о положении рабочих. Специально сравнивает с 1920 г, когда рабочие были голодны и раздеты. Мол, ныне есть мясо, хлеб, сахар, мыло и все виды продовольствия по повышенным нормам. И даже одеты рабочие лучше, чем год назад: есть валенки и полушубки. «Однако из 10 000 рабочих около 1000 рабочих не выходят на работу из-за отсутствия обуви. Так, из мобилизованных на копи 2567 человек – работают только 1355 человек. Из этих неработающих у 582 человека нет никакого обмундирования.» 
    Приведённая ниже таблица  даёт следующую безотрадную картину снабжения рабочих Челябинских копей в 1920 г:

Название предметов Затребовано Получено

Полушубков 10500 2461 Валенок 10500 3438 Нательного белья 12000 комплектов 3000 Сапог шахтных 1390 494 Сапог армейских 8040 3797 Курток и пиджаков 6315 2445 Брюк суконных 5200 3477 Брюк ватных 5500 - Белья тёплого 5500 - Портянок 30 000 пар -

    Этот пример характеризует и патовое положение рабочих на Кизеловских копях. Ведь в стране до сих пор шла война. 14 государств планеты, в том числе самые высоко вооружённые государства, как Англия, Франция, США и Япония вели интервенцию. Помогали разбитой контрреволюционной армии Деникина, затем Врангеля. Науськивали на РСФСР страны Прибалтики. Помогали агрессии Польши. 
  Так, с 25 апреля по 10 октября 1920 г шли военные действия с белопольскими войсками; туда, на западный фронт шло обмундирование, обувь, питание. С 6 июня по 16 ноября 1920 г пришлось воевать с наступавшим Врангелем. Сюда, на освобождение Крыма, направлялись эшелоны, вооружение, коммунисты, все лучшие силы. 
    Таким образом. Из уральских угольных районов, Кизеловские копи в это время находились в самом глубоком кризисе.  
    «С переходом к мирному строительству от Гражданской войны Советское правительство усилило внимание к вопросам улучшения жизни и быта трудящихся. Решения были направлены на улучшение условий труда. Повсеместно отменялись сверхурочные работы. Для лиц, не достигших 18-летнего возраста, был установлен 6-7 часовой рабочий день. По ходатайству уральских партийных организаций шахты Кизеловского, Челябинского, Егоршинского районов, а также некоторые химические и медеплавильные предприятия Урала перевели на 6-часовой рабочий день.» 
    Конечно, Егоршинские копи тоже бедствовали. В частности, не хватало забойщиков из-за квартирного кризиса. Но! Их проблемы добросовестно решал профсоюз во главе Николаем Ивановичем Агафоновым. Вот характерное собрание наших шахтёров, на которое зараз приходило до 800 работников.  

«В Егоршинском каменно-угольном районе, насчитывающим свыше 2000 горнорабочих, „неделя профессионального движения“, начавшись 25 марта (1921 г), продолжалась 9 дней. В течение этих дней товарищам горнорабочим на общих собраниях был сделан целый ряд докладов, в особенности на центральной Бобровской копи, где занято наибольшее число рабочих и добыча идёт более полно, чем на других копях.

   Первым был сделан доклад о роли профессиональных союзов в хозяйственном строительстве, затем два дня подряд длился доклад районной расценочной комиссии, затем потребительской коммуны, правления копей, охраны труда и т.д. Рабочие очень интересовались докладами и задавали очень много вопросов, как устно так и письменно. Так, по докладу одной только потребительской коммуны было подано 33 записки. Из докладов наиболее выделились следующие: о роли профессиональных союзов (тов. Агафонов).»  
    Населённый пункт современного Артёмовского развился благодаря угольному производству. Но в это время, в 1919-21 гг, почти не велось жилищного строительства. 
    Тем не менее. Исторические факты свидетельствуют о предоставлении жилища забойщикам. Гусан Минигулов, как приехал к нам с Богословских копей, так стал давать на-гора по 2-3 нормы за смену. «Как лучшему забойщику Гусану предоставили квартиру, и неоднократно выдавали премии (костюм, швейную машинку и т.д.)»  
    Научные исследования утверждают, что повышение добычи угля за декабрь 1920 г на копях Егоршино до 113% «произошло ввиду увеличения количества забойщиков». 
    В четырёх верстах к югу от ж/д станции Егоршино, близко от села Егоршино располагались наземные постройки шахты, клуб, в котором до революции была горная контора. Вот здесь, вблизи располагались несколько домов в три ряда. В них то и проживали горняки шахты «Филипп». Узкая тропинка, проходившая рядом с железной дорогой, соединяла селение Егоршино с ж/д станцией, которая представляла тогда полустанок.
   Несколько лет спустя, в конце 1920-ых гг развилось и жилищное строительство. «На копи имени Артёма строились дома по улице Молодёжи, бараки-казармы в районе улицы Почтовой и около рынка (теперь эта главная территория АМЗ). Строились и четыре ряда домов коттеджного типа вдоль железнодорожной ветки на ЕГРЭС. Уже потом они получили свои названия: первый и второй ряды стали улицей Коммунаров, третий и четвёртый ряды – улицей Ленина. Было несколько зданий в неоконченном пятом ряду – нынешняя улица Банковская. Одновременно строилось и управление «Егоркопей» (тогда одноэтажное), райком партии, рядом и райисполком. На этом месте и сейчас администрация муниципального образования. Работы велись стройцехом «Егоркопей». Около шахты «Филипп» был построен клуб имени Артёма. На самой шахте была смонтирована компрессорная установка и стали внедряться отбойные молотки.» 
    На Челябинских копях с колоссальным расширением производства и резким увеличением рабочих к 1921 г создалось крайне тяжёлое жилищное положение рабочих. Под жильё использовались железнодорожные теплушки, полуземляные бараки, землянки. «Многие рабочие расселены в землянках бывших военнопленных. В тесном узком пространстве, чадном и смрадном! На общих нарах скученно живут до 200 человек – молодых и старых, тут же мужья с жёнами, маленькие дети и подростки. Но рядом уже строится (1920-21 гг) ряд рабочих бараков и посёлков. Высятся светлые, высокие деревянные здания. 3052 строителя на морозе строят для рабочих светлые, тёплые и чистые дома.» 
    Таким образом ясно, почему Кизеловские копи не могли обеспечить углём не только страну, но и Петроград. Катастрофически здесь не хватало рабочих. Дефицит рабочей силы, несмотря на мобилизацию, упирался в жилищный кризис. Для строительства жилья нужны были не просто работники, но и хлеб, продовольствие, обмундирование. Которого крайне не хватало, просто не было совсем! 
   Для понимания тяжкой жилищной проблемы после освобождения Урала от Белых, в условиях разрухи приведу пример с Екатеринбургом. «Квартирный кризис в г. Екатеринбурге с каждым днём усиливается. В связи с наступлением весеннего времени, до 500 человек остались без жилищ, т.к. их квартиры оказались затопленными. Временно эти граждане помещены в общежитие. Коммунальным отделом в целях смягчения кризиса приняты все меры: проводится в жизнь распоряжение центра об уплотнении учреждений. Которым предоставляется право занимать помещения не более 1 квадратной сажени на каждого служащего, и иметь на каждое учреждение не более 1 кабинета.»  
    В селе Егоршино партийный комитет и профком угольных копей помещались в одном доме, здесь же в 1921 г небольшую комнатку отдали под библиотеку. 
    Богословский угольный бассейн до революции составлял долю аж в 23% от всей общеуральской добычи угля. Но! Затем происходит понижение ежегодной добычи, и доля Богословска в уральском объёме угля снижается до 12%. Более того. Уголь Богословских копей обеспечивал потребности только своего горнозаводского округа. Имеет место не просто значительное падение производительности труда, но и обслуживание лишь внутренних потребностей предприятий Богословского округа. Соль в том, что северные регионы Урала не могли обеспечить себя продовольствием. С империалистической войны, с 1916 г, положение с хлебом было катастрофическим. Рабочие округа жестоко голодали. 
    О дореволюционных условиях труда рабочих на шахтах этого округа свидетельствует Гусан Минигулов. «Мне пришлось работать ещё у подрядчика на Богословских копях. Занят был на каторжном труде по 12 часов в сутки, а получал такие гроши, что еле хватало на кусок хлеба. А в каких условиях работали – вспомнить жутко. Загонят нас в забой как скотину, поставят над нами разных там штейгеров, а те покрикивают: «Ну, ну, пошевеливайся.!»
    Никакой охраны труда не было. Хозяева думали только о своём кармане. Обманывали, обсчитывали рабочих. Приходилось угождать и маленькому начальству: коли не купишь бригадиру (артели) водку – ничего не заработаешь. Старых шахтёров, вроде меня теперь, старались поскорей выгнать из шахты. А мне вот сейчас по старости государство ежемесячно пенсию выплачивает – 612 рублей. Орденом Трудового Красного Знамени наградили за честный труд.» 
    Условия труда на Богословских копях, за исключением работы в 3 смены по 8 часов, не прогрессировали, заморозились. Позже уголь для Надеждинска, вообще, поступал с Кузбасса. Копи сходили на обочину государственного внимания, хирели.   
    Производительность скатывалась к дореволюционным технологиям. «В царской России при незначительной добычи угля проведение выработок проводилось вручную. Для отбойки применялись кайла, клинья, поддиры и обушки. Шпуры для закладки взрывчатых веществ пробуривали вручную. Для погрузки отбитой породы и угля применялись только лопаты. Транспортировку угля от подготовительных забоев производили санками, а по штрекам – везли вагонетками с ручной или конной тягой.»  Какая же здесь эффективность?! 
    Однако, эту фатальную связку, «когда угля нет, потому что нет хлеба, а хлеба нет, потому что нет угля» нужно было прорвать. Уральские шахтёры и на Богословских копях проявляли воистину самопожертвование ради добычи угля. Вот факты их героизма! 
    «Большинство рабочих Богословских копей, сознавая свой долг перед Советской республикой, дружно борются с разрухой, выходя на работу сверх положенной нормы. Так, в течении января у забойщиков Сафронова Федора, Федосеева Федора, Черепанова Александра, Гонцева Семена и Корюкова Федора норма выходов составила – 164%; у забойщиков Горшкова Павла, Байдерина Петра, Быкова Михаила – 157%; у забойщиков Мясникова Владимира, Антрапова Ивана, Сорогина Ивана, Маряшина Николая, Маряшина Якова – 161%; у Василия Горшкова, Никитина Гавриила, Бородина Александра, Друженникова Петра и Андронова Степана  – 147%.  Кроме того, многие из товарищей горнорабочих переработали свою норму на 20, 30, 40%. Будем надеяться, что в следующие месяцы богословцы будут также дружно работать по добыче угля и каждым добытым сверх нормы пудом угля бить ненавистную нам разруху.» 
    Доля Полтаво-Брединских копей в общеуральской добыче угля и до революции была мала, а после освобождения Урала от Белых и вовсе свёрнута. Признана неперспективной, а затем и нерентабельной. 
    «Всего в 1920 г на Урале добыто каменного угля 57 512 470 пудов. Из этого общего количества на долю отдельных копей приходится: Челябинские копи – 29 966 029 пудов, Кизеловские копи – 15 650 377 пудов, Богословские копи – 8 502 991 пуд, Егоршинские копи – 3 166 985 пудов и Полтаво-Брединские копи – 226 088 пудов.» 
    Таким образом, после завершения Гражданской войны, в зимний сезон 1920-21 гг на общероссийское значение вышли Челябинские и Егоршинские копи.  
    «Челябинск.10 (января) 1921 г. На Урале Челябинские копи погрузили 3200 000 пудов угля и превысили развёрстку на 6%.  Задания на декабрь месяц (1920 г) выполнены полностью. Сверх задания добыто 50 000 пудов угля.»  
    «На Челябинских копях за январь месяц добыто 3 445 058 пудов. По производственной программе должны были добыть 3 500 000 пудов. Таким образом, Челябинские копи почти выполнили программу.» 
     В статье «Добыча угля на Челябинских копях» сообщалось: «В течение февраля (1921 г) на Челябинских копях добыто 3 328 000 пудов угля. Задание же центра было 3 000 000 пудов.»  Сверх плана получено 328 тысяч пудов. 
    «В течении первой половины марта на Челябинских копях добыто угля 1 553 166 пудов, из них подземными работами добыто 460 927 пудов, и открытыми работами 1 082 539 пудов. Израсходовано на нужды копей 269 905 пудов.» 
    Аналогично и шахтёры Егоршинских копей зимой 1921 г ежемесячно перевыполняли нормы и планы. Несмотря на все условия разрухи и голода - а ведь им по полмесяца задерживали хлебный паёк - они нажимом, героизмом преодолели эту фатальную связку «угля нет – потому что нет хлеба, хлеба нет – потому что нет угля».
    Решающее значение для ответа, почему именно Егоршинские копи спасли Петроград имеет ежемесячный запас, образующийся добычей угля сверх развёрстки. 

Посмотрите таблицу „Вывоз антрацита и остаток“, где из месяца в месяц подготовленного угля у нас накапливается всё больше и больше. Измерение в пудах Добыча Вывоз Процент вывоза к добыче. Остаток Октябрь 264 000 135 000 51 % 1 555 000 Ноябрь 259 000 159 000 61,4 % 1 564 000 Декабрь 330 000 166 000 50 % 1 595 000

По данным этой таблицы делается умозаключение: „Вывоз держится всё время, приблизительно, на одной высоте. На копях имеется довольно значительный (по сравнению с вывозом) остаток антрацита, из месяца в месяц всё увеличивающийся.“

     А между тем предприятия Петрограда, Балтийский флот, горожане в жилищах остывали, котлы погасали, механизмы останавливались, замерзали. Всех обуревал холод. Из-за топливного дефицита.
    «Все хорошо знают, какую огромную роль сыграл Петроград в деле освобождения рабочих и крестьян от ига помещиков и фабрикантов. Лучшие силы он отдал на фронт. Защищая и помогая всей советской России, Петроград всё время терял силы и теперь оказался в таких условиях, в которых невозможно существовать. Из всех фабрик и заводов, когда-то работавших на всю Россию, теперь на ходу только одна шестая часть. Но и эти предприятия работают с перебоями и не всеми цехами. 
    Между тем как питерские фабрики и заводы оборудованы очень по-современному и сохранились хорошо, без разрухи. Теперь – казалось бы – их пустить для пользы всей России. Но сил нет, топлива нет, продовольствия нет. 
   Президиум ВЦИК указывает на единственный путь восстановления красного Питера: «Шахтёры, напрягайте последние силы, дайте Питеру немного угля. Дровосеки, нарубите для Питера дров. Крестьяне, дайте немного продовольствия для голодного Петрограда. Железнодорожники, поставьте себе задачей протолкнуть как можно больше эшелонов, проведите эшелоны с углём, с хлебом как можно скорее для красного Питера. 

Помните все, что Питер просит помощи только для того, чтобы, встав на ноги и пустив свои заводы и фабрики, броситься на решительную борьбу с хозяйственной разрухой.»

    В петроградской «Красной газете» о прибытии топлива в Петроград сообщали, что уральского угля поступило в феврале 1921 г 110 тысяч пудов угля. Откуда, чей спасительный уголь поступил в Петроград?
    Вот тут-то, мне бы и карты в руки, заявить, что – мол – мы; наши Егоршинские копи, спасли. Однако! Это и правда, и не конкретная, неточная правда. 
    Дело в том, что Егоршинские копи - это не частная лавочка. Услышали призыв о помощи и отвалили от своих щедрот милостыню. Да и потребность промышленного района Петрограда с Балтийским флотом зимой 1921 г составляла не сотни тысяч, а четыре миллиона пудов угля.
    Конечно, по централизованной развёрстке и Подмосковный бассейн, и Донбасс, и Урал поставлял уголь. Более того. В рамках исключительного положения с топливом Советская власть закупила уголь за границей, который шёл через Мурманский порт. И посылала его центральная власть – прежде всего – в Петроград. «Из-за границы, через порт Мурманска по железной дороге поступило в феврале 1921 г - 300 тыс пудов угля для промышленности Петрограда и 100 тысяч пудов поступило для Балтийского флота.»  
    Насколько я разобрался, в Петроград именно от Урала часть угля по развёрстке поступала и с Кизеловских копей. Более того! В противовес высказанному выше утверждению, что Кизеловские копи перманентно не справлялись с планом – Кизел в январе 1921 г выполнил план. И даже с перевыполнением. 
    «Добыча угля на Урале в январе 1921 г. На Кизеловских копях за январь 1921 г добыто 1 629 726 пудов, что на 8,6% превышает сметное назначение. 

На Егоршинских копях за январь добыто 259 807 пудов, хотя по производственной программе (плану) должны были добыть 200 000 пудов, то есть Егоршинские копи добыли на 29 % больше программы (планов развёрстки). На Челябинских копях за январь месяц добыто 3 445 058 пудов. По производственной программе должны были добыть 3 500 000 пудов. Таким образом, Челябинские копи почти выполнили программу."

    Видите, Кизеловские копи перевыполнили план на 8%. А наши егоршинцы и того пуще – на 29% сверх плана . И действительно с Кизела ближе подавать уголь для Петрограда. Кизел, действительно, отправлял Питеру уголь. 
    Тем не менее! Смотрите, земляки.  В Петроградской газете «Красная газета» о прибытии топлива в Петроград однозначно писали: «Егоршинский уголь грузится и отправляется для питерских заводов и фабрик. За февраль (1921 г) в Петроград прибыло около 140 тысяч пудов, т.е. 2240 тонн уральского угля.»  Егоршинского угля!  
    Почему?
    Когда в зиму 1920-1921 гг остро встала проблема: «где взять уголь?». Ведь топливо катастрофически не хватало всем. Для локомотивов железных дорог. Для металлургии. Для жилищ. Не только уголь, нефть, но даже дрова – всё распространялось по развёрстке.
    Вот тут-то Совет труда и Обороны страны обратил внимание на растущие остатки угля Егоршино. Здесь, где из месяца в месяц, самоотверженным трудом, дисциплиной, высокой организацией, непреклонным духом - наши прадеды перевыполняли все планы, здесь-то(!) и скопились запасы. Значительные запасы подготовленного угля. 
    Решено: Урал - Питеру здесь, с Егоршинских копей!
    Тот уголь послан не просто из Егоршино, не частной лавочкой - послан ото всего Урала. От всех шахтёров, металлургов, железнодорожников, людей – ото всех уральцев. «Помоги – замерзающему Петрограду!» Урал – красному Питеру. 
    Но! С Егоршинских копей. С ладоней наших прадедов! 

    Вот! В этом пункте изложения уместно перечислить тех людей, которых я, в качестве историка, выявил горнорабочими Егоршинских копей 1919-1921 гг. Товарищи, мой список слишком мал, лишь горсть из более двух тысяч наших героев. Всё, что разузнал, может быть даже с погрешностями.   

1. Агафонов Николай Иванович 2. Имберг А. М. 3. Гордеев С. А. 4. Минигулов Гусан. 5. Путилов А. Л. 6. Ягуткин Михаил Егорович, хотя работал в шахте с 1925 г. 7. Кузменков Е. Г. 8. Прохоренко Семён Андреевич. 9. Слепокуров Николай Михайлович. 10. Ждамиров Борис. 11. Ахмадулин Гарей. 12. Плотников К. Н. 13. Шайдулин Хазиула. 14. Самигулин Талип. 15. Малых И. А.

    Прочитайте цитату, где указывается на максимальную отправку угля с Егоршинских копей. «Добыча каменного угля на Егоршинских копях. В течение марта месяца на Егоршинских копях добыто 312 303 пуда угля при задании в 300 000 пудов и при добыче в марте прошлого года – 287 872 пуда. Таким образом в текущем году добыча превышает прошлогоднюю на 8%. Работало в этом месяце на копях 1709 рабочих, из которых 156 человек приходиться на долю забойщиков и 426 человек на долю горнорабочих. 
    Производительность за смену выражается в 80,2 пуда на забойщика. А 21,5 пуда на горнорабочего и 7,8 пуда на рабочего из общего числа. Израсходовано на собственные надобности копей 94 454 пуда и отправлено потребителям 526 028 пудов. Максимальная ежемесячная отправка до сего времени.» 
     Отправлено более 500 тысяч пудов за март 1921 г. НО - не ежемесячные полторы сотни тысяч пудов. Это же факт. Факты – упрямая вещь.
    Кто-то правомерно укажет, что Кизеловские копи добыли 15 миллионов угля, а Челябинские копи аж 30 миллионов угля в 1920 г. А Егоршино – только 3 миллиона пудов. Мол, не сравнить этакую малость в общероссийском значении. 
    Что ж вы думаете, я этого не видел, не переживал, не высчитывал? 
     Тем не менее, решающую роль в спасении Петрограда зимой 1921 г, значимую роль в спасении всей промышленности России зимой 1920-1921 гг сыграл именно уголь Егоршино. Уголь, добытый нашими прадедами. 
      Ещё и ещё раз повторю. Из всех угольных бассейнов страны именно Урал вышел на роль спасителя отечества. Кузбасс – ещё не проявился. Донбасс был в катастрофическом кризисе. Подмосковье давало лишь бурый, некачественный уголь. Именно уральские шахтёры, прежде всего Челябинские копи, дали «большой уголь». Сверхплановый уголь!
     А из месторождений Урала именно Егоршино вышло на роль спасителя отечества. Кизел – ещё не развернулся в своём будущем развитии. Богословск кормил лишь внутренние потребности. 

А Челябинский уголь — несмотря на колоссальный подъём — оказался невостребованным: не просто мелким, горючим. Невозможным для дальних перевозок: самовоспламенялся! Так вот. Кроме Челябинских копей сверхплановый уголь дали Егоршинские копи. Из месяца в месяц 1919 г, весь 1920 г и всю зиму 1921 года.

    Здесь, самоотверженным подвигом наших прадедов из месяца в месяц накапливался запас. Тот запас, который - как сибирские дивизии «для Битвы под Москвой» - стал стратегическим резервом. Спасительным резервом.  
    Вот как помог Урал – Питеру. Привозом Егоршинского угля. 
    Уже в апреле 1921 г Путиловский завод, флагман всей российской промышленности запустил все свои механизмы. Окончательно растопил все котлы паровых машин. Ибо угля с этих пор стало достаточно. Флагман стал разрабатывать свои отечественные трактора. В октябре 1924 г выдал первые, Путиловские «фордзоны». 
    А знаменитые советские турбины! Кто сделал турбины для Волховской ГЭС в 1926 г, окончательно разрешивший топливный кризис Петрограда? Это сделал Петроградский завод «Электросила». Он спроектировал, создал отечественные гидрогенераторы для Волховстроя. Именно весной 1921 г бывший завод динамо-машина растопил котлы и стал возрождать предприятие, в котором осталось 300 рабочих из 900 дореволюционных времён. Под руководством инженера и политика Л. Б. Красина завод не просто сохранился – теперь, в 1921 г, он получил заказ на изготовление двигателей для трамваев. А уже в 1924 г создал первый турбогенератор для Гомельской ТЭС мощностью 500 кВт.
    Тепло пришло не только в промышленный район Петрограда, но и в санатории, где созданы условия для выздоровления рабочих. «Санатории в Крыму. Москва, 3 апреля. Получена телеграмма с выпиской из акта осмотра рабоче-крестьянской инспекцией ялтинских санаторий. В телеграмме указывается, что столовые в санаториях содержаться в образцовой чистоте, столы покрыты белоснежными скатертями, убраны цветами. Больные устроены очень хорошо, довольны уходом, помещением и пищей, веселы и бодры. Бельё на постелях чистое. Врачи осматривают больных два раза в день.»   
    Пришло тепло даже в палаты санаториев. Разорвана фатальная связь «нет хлеба - потому что нет тепла, нет тепла – потому что нет хлеба». Разорвана героическим трудом шахтёров. 
     Тут надо отметить, что героями труда в те годы разрухи, конечно, проявлялись не только шахтёры. Для понимания того времени, когда в условиях страшного переутомления рабочего класса, голода, холода, дезертирства и даже мятежей, - есть примеры о героях из разных отраслях советского производства. Приведу трудовой подвиг многих и многих уральцев иных отраслей советского хозяйства. 
   «Добыча руды. За время с 1 января по 15 марта 1921 г по Екатеринбургскому рудному району следовало добыть железной руды 371 000 пудов, а добыто 565 329 пудов. 136%. Медной руды следовало добыть 85 000 пудов, а добыто 105 720 пудов руды, 148%. Серных руд следовало – 120 000 пудов, а добыли 215 576 пудов, 180%. Цементной меди следовало добыть (по развёрстке) 525 пудов, а добыто 8114 пудов, 1545%. Хромистых руд нужно было добыть 20 750 пудов, а добыто 34 002 пуда, 164%. 
    На означенных рудниках работало в общей сложности с 1 января до 15 марта 1921 года 7 383 рабочих, при 1218 лошадях, общее количество служащих на рудниках 1625 человек.   

Добыча драгоценных камней. За время с 1 января по 15 марта требовалось по Екатеринбургскому рудному району добыть 250 пудов драгоценного камня, а добыто же 1700 пудов, 607 % от плана. На красную доску. Мыловаренный завод № 1 выполнил производственный план на 207 % В марте месяце предполагалось выработать 1000 пудов мыла, а выработано 2000 пудов!«

    По понятным причинам тогда ещё не было премиального фонда на предприятиях. Всего страшно не хватало; продуктов, одежды, жилища. Даже средств производства. Так, на шахтах, обушки для рубки угля изготовляли самодельно из бывших покорёженных рельс. Бывшие рельсы рубили по всей длине два раза. Вначале от рельсы отрубалась шейка, потом отрубалась подошва. Полосы железа шли на оковку деревянных вагонеток. А из обрубок шейки делались зубки к обушкам. Вот оно, главное орудие забойщика.
    Тем не менее. Трое из нашего списка – Гордеев С. А., Имберг А. М. и Николай Иванович Агафонов – однозначно зафиксированы историей в качестве героев этого времени. В 1921 г чествование героев труда проводилось на многих предприятиях. Приказом Уралпромбюро были отмечены герои труда Егоршинских копей.
    «На основании постановления президиума промышленного бюро ВСНХ на Урале от 20 января с.г. за №550 и протокола особой комиссии от 8 марта с.г. (1921 г) правлением государственных копей Егоршинского каменно-угольного района» выдана премия – пиджаки жеребковые нижеследующим героям труда: 

тов. Агафонову Н. И. как активному работнику Р. К. П. в организациях, способствовавшему поднятию производства, тов. Имберг А. М. за его неусыпную деятельность по приведению Бобровской копи в планомерный порядок и проявленную в этой работе энергию, тов. Гордееву С. А. как исполнительному молодому работнику в заданиях Заведующего копью.» Почему умалчивалось об этом подвиге, а затем и забылось

    Начнём с того, что Ленин страстно призвал добыть уголь: «Чтобы спасти Советскую власть сейчас, необходимо дать хлеб для промышленности, т.е. уголь!» 
    В письме  ко всем партийным организациям от 13 ноября 1919 г он объясняет, как можно и нужно организовывать пролетариат в борьбе за Советскую власть: 

Что нужно объяснять массам, почему надо налечь изо всех сил на ту или иную работу. Что нужно поднять энергию масс, их героизм, усилие на важнейшую задачу. Что наступило время, когда такой задачей стала борьба с топливным кризисом.

    И подробно, и чётко, по пунктам перечисляет что и как нужно сделать в борьбе за топливо. В этих ленинских мерах по мобилизации всех органов управления и работников угольных предприятий на борьбу с топливным кризисом есть пункт, который самым непосредственным образом, самым суровым, животрепещущим случаем отразился на Егоршинских копях. 
    В циркулярном письме «Все на борьбу с топливным кризисом» Владимир Ильич призывает: «Цека РКП предлагает всем партийным организациям в особенности следующие меры: Первое! Все партийные организации должны отныне постоянным пунктом порядка дня партийных собраний и, в первую очередь, собраний партийных комитетов ставить топливный вопрос и борьбу с топливным кризисом. Что можем мы ещё сделать, что мы должны сделать для борьбы с топливным кризисом? Как усилить эту работу? Как сделать её продуктивнее? – пусть эти вопросы займут сейчас все партийные организации.»  
    Я уже частично рассказывал о той профсоюзной работе, которую проводили коммунисты Егоршинской волости по просвещению и побуждению горнорабочих к самой энергичной работе по добыче угля. Вот лишь одно из мероприятий наших коммунистов. 
    В рамках агитации помощи Петрограду «Урал – красному Питеру» с 25 марта 1921 г в течение 9 дней коммунисты Егоршинских копей, в частности Агафонов Н. И., Кузьменков Е. Г., Шалюгин А. И., интенсивно проводили общие собрания шахтёров. Был сделан целый ряд докладов. «Первым был сделан доклад о роли профессиональных союзов в хозяйственном строительстве, затем два дня подряд длился доклад районной расценочной комиссии, затем потребительской коммуны, правления копей, охраны труда и т.д.
    Рабочие очень интересовались докладами и задавали очень много вопросов, как устно, так и письменно. Так, по докладу одной только потребительской коммуны было подано 33 записки. (повтор)
    Из докладов наиболее выделились следующие: о роли профессиональных союзов (тов. Агафонов), тарифно-расценочной комиссии (тов. Кузьменков), правления копей (тов. Шемарин). 
    После каждого собрания для его участников ставился спектакль или демонстрировались кинематографические картины. 
    Для широких народных масс неделя профессионального движения не прошла бесследно. Благодаря ей рабочий обратил должное внимание на свою боевую классовую организацию – профессиональный союз. Это тем более важно для членов такого молодого союза, как союз горнорабочих, над строением и укреплением которого ещё много нужно поработать. Фундамент для этой работы заложен хороший.
    Вперёд, через крепкие, мощные профессиональные союзы на восстановление народного хозяйства пролетарской страны трудящихся.»  
    Не будет никакой ошибки, если содержание этих докладов о роли профсоюзов в хозяйственном строительстве выразить горячими словами Ленина: «Вы, конечно, все знаете, что без угольной промышленности никакая современная промышленность, никакие фабрики и заводы немыслимы. Уголь — это настоящий хлеб промышленности, без этого хлеба промышленность бездействует, без этого хлеба железнодорожный транспорт осужден на самое жалкое положение и никоим образом не может быть восстановлен; без этого хлеба крупная промышленность всех стран распадается, разлагается, поворачивает назад к первобытному варварству, и теперь, даже в странах, гораздо более передовых, чем Россия, гораздо менее потерпевших от войны, чем Россия, даже в странах-победительницах, угольный голод и кризис сказываются самым мучительным образом.»  
    Выше мы уже рассказывали о лидере шахтёров Николае Ивановиче Агафонове. Шалюгин А. И. был в это время секретарём организации коммунистов Егоршинских копей. Доклад по тарифам и расценкам сделал Е. Г. Кузьменков. Это тоже выдающаяся личность наших копей. Смотрите. От имени Егоршинских копей он избран вместе с другими на уральскую областную конференцию профсоюза горняков. Так вот! В районный комитет горнорабочих на 5-й конференции горнорабочих Екатеринбургского района избранными оказались наши шахтёры Егоршинских копей: Шалюгин, Агафонов, Семенов. А названный Кузьменков Е. Г. избран, вообще, делегатом с решающим голосом на третий общероссийский съезд горнорабочих. 
    Именно в эти дни была значительно повышена заработная плата шахтёров. С 1 мая отменялось ограничение при сдельно-премиальной оплате труда. Наш Е. Г. Кузьменков дотошно объяснял шахтёрам новый декрет об оплате труда: «отменены ограничения приработка при сдельно-премиальной оплате труда, предоставив всем рабочим право с повышением производительности и добросовестным отношением к работе увеличивать свой заработок.  Независимо от процентного отношения суммы заработка к основной тарифной ставке. При этом. Отмена ограничения приработка ни в коем случае не будет основанием для понижения нормы выработки работников.» 
    Характерно, что в то время, как обычные собрания набирали каких-нибудь 70-100 человек, то во время недели профессионального движения на каждое собрание приходило 600-700 человек и расходились из театра в 2-3 часа ночи. 
    Шахтёры, в основном, заворожено внимали выступлениям своих вождей, хотя и не обходилось без дискуссий, шуток и упреков. Но были и явно контрреволюционные выступления. Которые, только отталкивались от проблем, но целью имели сорвать повышенную производительность труда. Посеять недоверие к коммунистам. 
    Среди подобных смутьянов история оставила нам три фигуры горных техников. Инженер егоршинских копей Протопопов. Заместитель заведующего строительным цехом Шатов. Старший штегер Казанцев. Они явно мешали коммунистам в их работе по агитации за повышенную производительность труда. Они выступали на собраниях с так называемыми «предложениями, противоречащими некоторым установкам партийной организации». 
    В апреле 1921 г все внимание уральской общественности было обращено к замороженной стройке Егоршинской производственной электростанции. Эта была настоящая жемчужина  для электрификации страны. Станция была на 75% построена. Возведено здание. Установлены котлы. Возвращены из белогвардейского отступления 2 турбогенератора трёхфазного тока для напряжения 3150 вольт, мощностью каждый агрегат – 500 кВт. Электростанция могла бы дать электрическую энергию на все шахты Егоршинских копей. А в перспективе при модернизации электростанция могла стать районной для обслуживания округа от Алапаевска до Богдановича.
    Но, не было специалистов. Ни одного котельщика, электротехника. Не поступало необходимых материалов: углового, листового и круглого железа. К имеющимся котлам нужно было подводить трубы, вальцевать. И проявился саботаж этих шебутных горных техников.  
    А тут ещё снизили отоварку производственных пайков. Несмотря на большой объём цитаты для понимания сложившегося положения привожу её полностью. 
    «В связи с общим недостатком продовольствия в республике, явившемся следствием невыполнением полностью развёрстки целым рядом губерний, а также объективными причинами, связанными с топливным кризисом, Уральская областная комиссия по снабжению рабочих, совместно с представителями губернских партийных, профессиональных и промышленных организаций, учла создавшееся тяжёлое продовольственное положение Екатеринбургской губернии и для того, чтобы имеющимися запасами продовольствия дать возможность основным ударным предприятиям Уральской промышленности продержаться до нового урожая, решила временно сократить установленные приказом Екатеринбургского губернского продовольственного комитета от 7 февраля (1921 г) нормы хлебного пайка. 
    В общем положение с нормами снабжения хлебным пайком создаётся следующее: 

1. Рабочим угольной промышленности, в виду важности их работы, решено нормы снабжения совсем не сокращать. 2. Рабочим транспорта нормы сокращаются с 34 фунтов до 28 ф. 3. Служащим конторского труда в бронированных предприятиях нормы сокращены до 18 фунтов для работающих 6 часов и до 22 ф. работающих 8 часов. 4. Техническим служащим паёк сокращён до 28 фунтов. 5. Тыловой красноармейский паёк сокращён до 18 фунтов муки в месяц. 6. Больницы снабжаются по 18 фунтовой норме. 7. Рабочим, изготовляющим и ремонтирующим с\х машины, решено сократить до 28 фунтов. 8. Забронированных постоянных рабочих лесозаготовок решено снабжать по прежней норме, незабронированные рабочие (лесозаготовок) будут получать 22 фунта муки. 9. Работники просвещения будут снабжаться по 18-ти фунтовой норме. 10. Детский паёк остаётся в 14 фунтов. 11. Домам призрения паёк сокращается до 18 фунтов. 12. Местам заключения (сокращается) до 12 футов. 13. Рабочие и служащие 1-й категории получат 18 фунтов. 14. Семьи рабочих и служащих 2-й категории 14 фунтов. 15. Семьи красноармейцев 18 фунтов. 16. Почтово-телеграфные работники 28 фунтов. 17. Для рабочих по сплаву, ввиду особой важности и срочности этой работы, а также тяжёлых условий, связанных с вредными для здоровья последствиями, комиссия решила выдавать по 60 фунтов муки. Указанные выше нормы снабжения действительны лишь на первую половину апреля, так как на вторую половину апреля возможны новые изменения норм."

    Кроме снижения норм, это продовольствие на весь персонал Егоршинских копей в две тысячи пайков в мае 1921 г ещё и поступило с опозданием. В июне – вообще – задержали снабжение на три недели. Рабочие ходили ослабевшие: «Голодные шахтёры падали у забоя от голода.»  И не удивительно. Уже с 17 июля 1921 г по всей России наступила смертельная борьба с голодом. Голодающим Поволжья собирали помощь со всей планеты. Катастрофа голода надвигалась заранее. 
    Вышеназванные горные техники Протопопов, Шатов, Казанцев намеренно и публично, на митингах накручивали недовольство голодных шахтёров. Однозначно мешали разъяснительной работе коммунистов Егоршино. 
    А тут ещё борьба с огнём. Надо напомнить читателю, что весна и лето 1921 г выдались необыкновенно жаркими. По всей области, по всему Уралу весь май – то там, то тут – полыхали пожары. Горели заготовленные дрова. Сгорали сараи с фуражом. Горели жилые и сельскохозяйственные постройки. И так-то колоссальная разруха, нищета. Последнее сгорало. Были не только пожары - намеренные поджоги. 
    Органы советской власти ожесточённо вели борьбу с поджигателями, выясняли, искали, карали. И всё это параллельно с перманентными тушениями пожаров, чуть не каждый день. Поджоги, пожары, поиск и наказания – всё это с голодом взвинтила всю обстановку до свирепой ожесточённости.  
    В первых числах июня 1921 г коммунисты Егоршинских копей, как-то собравшись на квартире своего товарища, вновь и вновь обсуждали топливный вопрос. «Что можем мы ещё сделать, что мы должны сделать для борьбы с топливным кризисом? Как усилить эту работу? Как сделать её продуктивнее?»
    Слово за слово, в разговоре стали возмущённо и с ожесточением вспоминать поведение и намеренные публичные выступления Протопопова, Казанцева, Шатова. Некоторые - в сердцах – обозвали их контрреволюционерами. 
    Слово за словом, возмущение за возмущением коммунисты распалились в вопросе о Протопопове, Казанцеве и Шатове. И официально пришли к решению: «убрать их с дороги, чтоб не мешали работать». Проголосовали ячейкой.
    В этом пункте уместно напомнить слова Ленина о прямолинейном поведении русских людей. «Давно уже замечено, что недостатки людей большей частью связаны с их достоинствами. Таковы недостатки многих из руководящих коммунистов. Десятки лет делали мы великое дело, проповедовали свержение буржуазии, учили недоверию к буржуазным спецам, разоблачали их, отнимали у них власть, подавляли их сопротивления. Великое, всемирно-историческое дело. Но стоит чуточку преувеличить, и получается подтверждение истины, что от великого до смешного один шаг… Мы должны научиться Россией управлять…»  
   «Перед нами сейчас стоит хозяйственная работа, более трудная, чем военная. Которую мы проделали энтузиазмом крестьян, потому что крестьяне предпочитали рабочее государство колчаковскому. Совсем не то теперь, когда нужно крестьянские массы перевести к строительству, для них совершенно чуждому… А по части организаторских способностей российский человек, пожалуй, самый плохой человек. Это – самая наша слабая сторона; поэтому, если что-либо мешает этой работе, нам надо постараться поскорей это убрать.»  
    Вот так-то. Коммунисты наших Егоршинских копей, обсудив вопрос о лицах Протопове, Казанцеве и Шатове, решили «убрать их с дороги». В значении - убить. 
    Много лет спустя ветеран Малых И. А. в статье «Мир хижинам - война дворцам» вспоминал о коммунистах тех времён: «Мои боевые друзья: Н. И. Агафонов, И. Олесов, И. Солдатов, С. Ганьжа и другие – были пламенными борцами против саботажников и контрреволюционеров.» 
    Итак. Всей ячейкой проголосовали. Поручили членам партии Семенову, Антонову и А. А. Ермакову провести арест и расстрел техников. 

Позже снабдили их документами из волостного комитета на арест Протопопова, Казанцева, Шатова. Обеспечили винтовками и наганами.

    Позже следствие установило, что названные Семенов, Антонов, А. Ермаков явились на квартиру Протопопова в 2 часа ночи, назвались сотрудниками Камышловского политбюро и арестовали его, то же сделали с Кузнецовым и Шатовым. Повели их от Черемшанских копей в сторону Камышлова. Отойдя версты 4 от Черемшанки здесь, после перекура, забили арестованных прикладами. И убили. 
    Данное преступление получило название «Егоршинское дело» в рамках обличения красного бандитизма. Красный бандитизм фактически является продолжением Гражданской войны, но признаётся разновидностью уголовного бандитизма, в котором субъектом преступления выступали члены ВКПб, сотрудники ГПУ, милиции, ЧОНа, бывшие красные партизаны и красноармейцы. 
    29 июня 1921 г в Егоршино прибыл поезд работников высших советских учреждений во главе с Михаилом Ивановичем Калининым.  Всероссийский староста проверил работу местных властей. Провёл важное совещание. 
    Прибывшие с Калининым представители ВЧК и Наркомюста выявили, что в ночь с 23 на 24 июня 1921 г найдены убитыми горные техники Протопопов, Казанцев, Шатов. По телеграмме ВЧК от 1 июля возникло «Егоршинское дело». В процессе дознания по этому делу выяснили, что убийство совершено по решению Егоршинской организации ВКПб. По подозрению в участии «Егоршинского дела» были арестованы 15 человек. 
    Так завершился поразительно героический период 1919-1921 гг в истории города Артёмовский. 22 сентября 1921 г в связи с трагической гибелью председателя горнорабочих Ф. А. Сергеева (по партийной кличке Артём) Бобровской копи было присвоено его имя – по партийной кличке Артём. Отныне эта копь именовалась «копь Артёма». В последствии это имя перешло в название нашего города. 
    «Одной из ударных строек того времени стала железная дорога Кольчугино – Прокопьевск… 25 октября 1921 г в Кузбассе тысячи строителей и горняков торжественно проводили на Урал первый эшелон с углём.»  После завершения строительства железнодорожной ветки от современного Ленинск-Кузнецка к Прокопьевску, прокопьевский уголь полной рекой пошёл на Урал и в центр страны. Если ранее Кузнецкий бассейн давал только уголь Судженских копей, то теперь с освоением Прокопьевского месторождения Кузбасс, как величайший богатырь, изо дня в день только рос в своём неудержимом могуществе. Кузбасс, подобно Донбассу, становился опорной базой в энергетическом обеспечении нашей Родины. 
    «Усилиями рабочего класса и всех трудящихся по руководством Коммунистической партии основные топливные затруднения были ликвидированы уже в 1923 году.» 
    7 октября 1921 г следствие по «Егоршинскому делу» завершено. По этому делу была выездная сессия Верховного трибунала страны, которая прошла в Екатеринбурге 10-17 мая 1922 г.
    Приговором Верховного трибунала, утвержденным решением ВЦИК, 13 человек за проявленное самоуправство строго осуждены. Секретарь партийной организации А. И. Шалюгин приговорен к высшей мере наказания - расстрелу. Остальные получили разные сроки тюремного заключения, в том числе: Т. Е. Селиванов, Н. И. Агафонов, И. И. Кремза, М. А. Ермаков, А. А. Ермаков, Е. Г. Кузменков, А. В. Пименов, В. В. Якушев, Семенов, Антонов, Ведерников. 
    Понятно? Вот почему замалчивался трудовой подвиг егоршинских шахтёров 1919-1921 гг. Потому, что его герои замазаны в тяжком преступлении. Морально очернены, запятнаны. Поэтому-то и замалчивали. 
    Я же считаю, что всем сестрам должно раздать по серьгам. За преступление – осудить. А за героический труд на благо нашей Родины – отдать должное, прославить. 
    Не гоже из-за одного факта нивелировать, извести другой факт. 
    Наперекор сложившемуся забвению я хочу воспеть подвиг наших шахтёров. Восславить общероссийское значение начальных, самых первых трудовых достижений уральских шахтёров. Вопреки всему (!) поднять на пьедестал памяти шахтёров Егоршино! 
    Наши прадеды спасли от холода красный Петроград, его промышленные предприятия, Балтийский флот. Простых людей, в конце концов! 
    Я обращаюсь к жителям города Артёмовского Свердловской области. К вам, жители Артёма, Бурсунки, Ключей, Заречья. Обращаюсь и к Вам, жители Буланаша и Кировки.
    Я хочу, чтобы Вы гордились своими прадедами!  

Ганьжин В. В., 18 ноября 2020 г.