Валерий Ухандеев. Новеллы

Материал из MiningWiki — свободной шахтёрской энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск

Содержание

О том, как шахтерская дружина ловила сексуального маньяка[править]

При слове шахтерский забой обывателю представляется выработка расположенная глубоко под землей. Между тем, некоторые выработки начинаются с ноля, то есть прямо с поверхности земли. Вот такой вентиляционный уклон, расположенный в двухстах метрах от небольшой речушки и поручили проходить проходческой бригаде.

Неудивительно, что у некоторых работников возник соблазн совместить труд и отдых. И дежурные электрослесари взяли привычку, запустив в работу все механизмы, в жаркий июльский день раздеваться до трусов и идти на речку загорать, купаться и ловить рыбу.
Пока шахтовая интеллигенция знакомилась с фауной местной речушки, проходчики прошли свои запланированные сто пятьдесят метров, но так и не встретились с идущим им навстречу другим трудовым коллективом. Как ни старались маркшейдеры, но бригады, идущие одна сверху, другая снизу, разминулись и вместо одной, получилось две выработки, соединенные короткой сбойкой.
Разбираться в этом главный инженер отправил молоденькую выпускницу маркшейдерского факультета.

Девушка, спустившись в шахту в клети, как ее учили, стала проверять все маркшейдерские точки до самой злополучной сбойки.
В это время ломается доставочная лебедка у бригады, проходившей уклон с поверхности. Как только механизм замычал, горный мастер выскочил на солнышко и своим луженым матюгальником позвал слесаря. Сломанный механизм находился в двух шагах от поверхности, и красный от загара специалист не одеваясь, а так как есть в трусах и банных тапочках, взяв светильник и топор вместо молотка, угрюмо пошел исправлять неисправность.
И в маленькой темной сбойке он фонарь в фонарь столкнулся с целомудренной леди...

Застыв от столь приятной неожиданности, ловелас схватился за спадающие трусы. В горле у героя шахтерского декамерона запершило и он, разинув свой рот так, что стали видны три желтых от табака зуба, стал нечеловечески кашлять.
Мадемуазель завизжала и рванулась обратно в темноту страшных штреков..

В это время работники в ожидании слесаря с усердием уписывали домашние пайки.
Услышав крик, трудящиеся вздрогнули, а у кого-то упал в грязь огромный кусок сала.
Дамочка, наткнувшись на стахановцев, стала умолять их о защите от сексуального маньяка. Шахтерская дружина, вооружившись, кто чем мог, устроила засаду на поземного Фреда Крюгера... Тем более, что выход из сбойки закрывала большая вентиляционная труба.

Горный спецназ, погасив светильники, выждал момент, когда вурдалак, чтобы пролезть под трубой встал на четвереньки и, бросив перед собой топор, высунулся в поисках новой жертвы.
Архаровцы навалились гуртом на сатаниста. Строго соблюдая положенный в таких случаях этикет, стали втаптывать вероугодника в грязь. Особо старался соблюсти все правила приличия хлопец, потерявший кусок домашнего сала.

Устав, взмыленные инквизиторы решили получше рассмотреть, с кем же их свела судьба..
Выплюнув изо рта уголь, незаконно казненный углеист, напрягая всю свою память, пламенно выдавал все, что он знает о рыцарях подземелья.
Тургеневская барышня пыталась отвести свой взгляд от лохмотий на бедрах фаталиста.
Бригадир, как коммунист, отдал свою робу соплеменнику.
После этого случая бригаду борцов с нечистой силой отправили в самый дальний забой, где уж точно маньяки не водятся.

О том, как шахтерское звено встретило свой профессиональный праздник[править]

Чтобы выполнить повышенные социалистические обязательства, проходческой бригаде оставалось пройти какой-то метр, и можно было встречать День шахтера. И в этот светлый день, чтобы добыть последний метр, начальник собрал всех проштрафившихся горняков, и отправил их наверстывать упущенное.
Благо бригада проходила наклонный ствол прямо с гор. И потому в праздничном настроение забойщики уселись на травке. Достали домашние пайки, нашлась и самогоночка, и ударники первым делом выпили за тех, кто на работе. Потом за выполнение плана. Еще за своего заболевшего товарища, госпитализированного в лечебно-трудовом профилактории. Причем с радостью, ведь он не испортит им праздника своим знаменитым «сиди, не сиди, а начинать надо». После чего, тот самый товарищ с размаха лупил по пьяной морде соседа, в полной уверенности, что все равно попойку не завершить.

Но наряд – святое дело, и звено во главе с тамадой быстро загрузило гондолу металлом, и утянув ее в забой лебедкой, взяла этот последний метр. Однако, оставалось просверлить последний шпур, но в этот момент забарахлило сверло. Слесарь, хоть и болтался, как лопнувший гидрошланг, но в забой спустился и механизм починил. И, изнемогающий от работы, как дал лебедчику сигнал на подъем пустой гондолы, так сам в нее и свалился...
Подуставший лебедчик решил не поднимать ляды – тяжелой металлической двери, открывающейся вверх, пусть гондола по ходу движения сама их приподнимает, а закроются они под своей тяжестью. Вот с такими хмельными мыслями он и включил лебедку на полную мощность. Через несколько минут гондола с грохотом подняла преграду и высунула свой нос. И в одно мгновение бурлак побледнел и протрезвел – нос судна украшали сапоги слесаря. Мысли о погубленном товарище смешались с похоронной музыкой в пустой голове члена профсоюза... Подойдя к усопшему, дрожащий от страха работяга услышал не последний вздох, а громовой храп мертвецки пьяного соплеменника. Вскоре подъехала вахтовка, и бойца погрузили в кузов, положив под голову газету «В бой за уголь».

В комбинате, чтобы отметить выход из шахты, ламповщица потребовала от звеньевого представить слесаря... И вот шахтерское звено внесло в ламповую умаявшегося передовика. Но опять не угодили вздорной бабе, она закричала: «Куда ногами вперед выносите!» На что звеньевой изрек: «Ну не головой же он будет дверь открывать».

О том, как проходчики потеряли угольный пласт[править]

В погоне за длинным рублем проходческая бригада, работающая на гидросмыве, не заметила раздвоение пласта и пошла по ложному верхнему пласту угля. Ствол стал утоньшаться, а просечка породы становилась все больше. Как известно, порода намного тяжелее угля, и поэтому темпы проходки упали, а горные инженеры стали думать, как решить проблему со смывом породы.

В первую очередь в расчет взяли то, что все начальство строит котеджи, и поэтому в чью-то умную голову пришла мысль застелить почву выработки половой рейкой. Мол, по идеальной гладкой поверхности порода будет легко скользить да самой дробилки. Домостроители с жаром стали воплощать эту идею на практике. Пол в котеджах и в выработке получился идеально ровный.

Пока проходчики осваивали плотничное ремесло, маркшейдеры обнаружили свою ошибку. Проходчики отогнали комбайн и сели на родной двухметровый пласт. А в этом месте осталась выработка высотой в шесть метров, да к тому же застеленная половой рейкой.
Особенно это удивляло новичков, которые не знали, как можно на такой высоте работать, и зачем сделали строганые трапы во всю ширину выработки.

О том, как шахтерское звено ухитрилось со смены пораньше уйти и перед начальством в грязь не упасть.[править]

Начальника участка не было на шахте два дня, и за это время труженики умудрились, перегоняя проходческий комбайн, наехать на пульпопровод, разорвать его и затопить забой. Воду, конечно, откачали, но выработка была вся заилена.

И вот в таком тягостном ожидании звено готовилось к разносу. Не успел начальник сесть за стол, как звеньевой, бывший комсорг шахты, молвит слово: «Сергей Владимирович, вас два дня не было, и все, участок стоит». Первый руководитель смутился, ведь все помощники сидели рядом, но никто из них не доложил ему об этом. Он побыстрее отправил людей на размывку выработки.

От угля и породы штрек очищали с помощью монитора – своеобразной водной пушки высокого давления... Так что все звено промокло довольно быстро, и бугор подумывал пораньше завершить наряд. Только он об этом подумал, как шланг высокого давления лопнул, как выстрелил. От мощного давления обрывок шланга как кобра приподнялся над почвой и стал поворачиваться во все стороны, стремясь нанести смертельный удар. Ведь вода под таким давлением может человека размазать по борту. Подземные водолазы, щадя свой живот, упали в грязь, стараясь поглубже заилиться. Благо рядом оказался опытный слесарь, который по звуку лопнувшей трубы догадался, в чем дело и закрыл задвижку.
Осветив светильником водную поверхность, он увидел три кочки-головы угольных ихтиандров. Радуясь, что остались живы, горняки, не ожидая конца смены, поднялись на гора, за что получили нагоняй от помощника, который решил, что углекопы специально облились водой ради раннего выхода...

На следующий день плутоватый звеньевой решил проучить недоверчивого руководителя.
На углу сбойки бежал стык труб орошения. Образовалась небольшая мульда, к которой все привыкли. В этом месте в заштыбованной почве он выкопал яму. Гладь воды присыпал инертной пылью. Точно по расписанию помощник своей летучей походкой спешил в забой, не ожидая подвоха. С размаху провалился в ловушку. Звеньевой же тут как тут. «Сидор Яковлевич, я сколько раз говорил, надо трубу заменить, видите, как размыло, я сам сюда провалился». Показывает на свою влажную робу. Инженер, еще раз взглянув на мокрые штаны ветерана, поручил ему устранить неисправность с утечкой воды и разрешил пораньше подняться на гора.

О том, что испытывать фортуну дважды не стоит. Тем более, в ночную смену и под землей.[править]

В ночную смену, да еще в конце месяца, нагоняя план, уголь из лавы тек рекой. Тесня друг друга, по перегружателю плыли огромные куски угля, только успевай лупить с размаху по ним тяжелой кувалдой.

Шахтеру на этом участке фронта смотреть по сторонам некогда. Один ротозей забыл об этом и мгновенно получил стальным кулаком в челюсть. Работу сразу остановили. Бедолаге перевязали лицо бинтом, и горный мастер, словно предчувствуя недоброе, дав стонущему шахтеру сопровождающего, отправил товарищей на гора в медпункт.
Подземные пешеходы решили ускорить передвижение. Недолго думая, запрыгнули на конвейерную ленту, нарушив правила безопасности о запрете езды на конвейере, не оборудованном для этих целей. Нарушители распластались на угле и выключили светильники. Впереди маячил огонек лампы. Но это был не начальник, а молодой горнорабочий, расчищавший выработку. Однако, в этот момент он, опершись о лопату, дремал. Дремал, но хорошо помнил слова горного мастера, не пропускать больших кусков угля, чтобы бункер не забился. Так что такой инструмент, как кувалда стоял рядом.

И вот молотобоец сквозь сон видит, как по ленте плывет огромный валун. Выполняя наказ начальства, он, не раздумывая, лупит кувалдой по угольной глыбе. Сопровождающий от такого дружеского похлопывания очумел, и в страхе перед вторичным шлепком завопил так, что его раненый друг поднял лицо, чтобы увидеть страшное бедствие. Труженик лопаты и кувалды, онемевший от крика, видит - у второго валуна показалась окровавленная морда. Потерявший рассудок комсомолец выпускает из рук кувалду и она с высоты поднятых рук падает, да не просто падает, а плющит его ступню в шахтерском сапоге. Одноногий горняк завопил так, что лишенный двух ребер сопровождающий поднимается на помощь. Пытаясь спрыгнуть с конвейерной ленты, он цепляется ногой за трос аварийной остановки и, запнувшись, падает со всего размаху. Фейсом ударяется о металлическую стойку.

Случаем массового травматизма занимался лично сам директор шахты. Но так ничего и не узнал. Шахтер со сломанной челюстью молчал, горняк со сломанными ребрами и синим, как вакса лицом, мычал. Ну а дозорный с загипсованной ногой твердил про какого-то Шайтана, при этом жутко трясся и икал.

О том, как шахтерская бригада вскрывала скважину.[править]

Проходческой бригаде, работавшей в углубке, поручили вскрыть скважину, предполагая, что она может быть затоплена водой. Составили специальные меры безопасности. За семь метров до трубы проходку остановили и решили пробурить шпур, чтобы точно убедиться, есть там вода или нет. Бурить предстояло по породе, неудивительно, что на третьем метре штангу заклинило. Пока пытались вытащить штангу, сожгли двигатель на сверле.

Смотреть за работой нового сверла механик решил сам. Новая машина давлением воды вымывала породную пыль из шпура. Механик в белой рубахе и новенькой спецодежде сам стоял за пультом управления, не доверяя импортный механизм шахтерам, привычным к «русскому ключу». Так иностранные инженеры, работавшие на шахте, называли молоток и зубило.

Со второго подхода шпур пробурили, штангу вытащили и механик, как старший по смене, произнес: «Я же говорил, что там нет воды». И в полной уверенности, что он прав, поднес ухо к шпуру. И вдруг воскликнул: «Идет!» или «Идиот!». Столб глинистой воды высотой в сто пятьдесят метров, не раздумывая, плюнул в механика так, что сбил его с ног. И шахтовый интеллигент на четвереньках затрусил подальше от желтого фонтана.

Вода же шла из скважины постоянно и вскоре стала чистая, как слеза. Рядом привязали чаплыгу, и желающие пили артезианскую воду.

О том, как бастовали шахтеры и как потом выбирали директора шахты.[править]

Шахтерская забастовка – это слово, как гром прокатилось по коридорам власти. Чтобы задобрить рабочее движение руководство шахты выделило автобус для доставки митингующих на центральную площадь города, где забастовщиков ждали бесплатные бочки с квасом. А к обеду из шахтовой столовой привозили горячее питание. Бунтовали на широкую руку. Ничего удивительного не было, когда объявили, что все требования митингующих Министерство угольной промышленности СССР выполнит. Первым пунктом значились выборы руководителей шахт. А наступающий праздник День шахтера – редкий случай узнать, как директора заботятся о народе.

В пятницу по случаю торжественного собрания и награждения передовиков к Дому Культуры привезли первую автоцистерну с пивом, причем дармовым... И потянулись к культурному месту шахтеры и шахтерики со своею посудой. Причем посуда варьировала от трехлитровой банки до тазика. Цистерны менялись по мере их опорожнения.

В субботу, опившись впервые за свою жизнь пивом какой-то забулдыга, взобравшись на памятник Почетному Шахтеру, уверял собрата, что наконец-то наступил коммунизм, и Хрущев ошибся всего на семь лет.

Несмотря на море пива и стога Почетных Грамот общее собрание шахты проголосовало за молодого энергичного начальника участка, который на следующий день собрал заседание совета трудового коллектива.

На шахту по бартеру пришла партия английской элегантной обуви. Заседание проходило в кабинете директора. Все ждали, что директор будет просить для себя пару туфель, но глава шахты поступил по другому. Молча вышел в центр своего кабинета и опустил взгляд на то, во что был обут. На ногах главы шахты красовались чуни удручающие. Смотря на эту обувку, директор произнес: «Смотрите в чем я хожу». После этих слов даже недоброжелатели проголосовали за предоставление товарищу директору бартерных туфель.


О том, как бригада пенсионеров удачно и прибыльно выполнила наряд[править]

Бригаде пенсионеров поручили подготовить шурф к закрытию.
Работали без особого энтузиазма, пока один ветеран не вспомнил о медном сокровище лежащем на дне шурфа, и рассказал то, чему был свидетель.

Первая смена занималась доставкой материалов в забой, и в самый важный момент в конце смены забарахлила лебедка. Чтобы не срывать подготовку забоя, слесарь решает запустить двигатель без защиты. Он убирает блокировку с ручки пускателя, открывает крышку и тычет деревянным чопиком в пусковое реле. Огромная электромагнитная дуга осветила и опалила усы и чуб наладчика, а тот, как ни в чем не бывало, произносит: «Фу ты, не ту лузу нажал». И сообщает горному мастеру, поседевшему от озарения, что сгорел электродвигатель.

Без крепежного материала проходчики работать не могут, и потому начальник участка дает второй смене наряд аккордно на себе доставить на лебедку двигатель.
Опытные горняки быстро просчитали наикратчайший путь через шурф. Получив на складе электрическую машину, горняки умудрились найти гужевую повозку, и гнедая кобыла быстро доставила груз до шурфа.
По вертикальной выработке спускались по лестницам, груз нужно было спускать на себе. Но в каждом коллективе есть умный человек, который и предлагает пупы не надрывать, а просто сбросить двигатель вниз, ведь двигатель шахтовый, со взрывобезопасным корпусом. Все обрадовались этому решению, и двигатель полетел вниз.

Когда добросовестные рабочие спустились на дно шурфа, то ничего не нашли. Груз провалился в раскисшую почву, о чем свидетельствовало углубление в ней. Аккорд сорвался.

И спустя много лет пенсионеры откопали медный клад, с помощью крана подняли его и пропили.

О том, как один хитрый слесарь проучил твердолобого проверяющего.[править]

Закончив заочно горную академию, инженер по технике безопасности принялся применять свои знания на практике... Первым делом усовершенствовал инструмент проверяющего – приварил к гаечному ключу метровый вороток. Стал проверять затяжку болтов и гаек на металлокрепи и на электроаппаратуре. Подходя к забою, академик снимал с каски головной светильник и тихо подкрадывался к рабочему месту, в надежде застать работяг спящими. Ну, а если спящих не обнаруживал, то, подозвав бригадира, затягивал своим инструментом гайки на анкерной крепи и браковал работу.

Особенно любил ученый проверять работу слесарей, постоянно находя на аппаратуре не до конца закрученные болты на крышках. Так что слесари забыли слово премия.

На шахте работал один хитрый слесарь, он обслуживал автоматику. Многожильные кабели управления соединялись друг с другом посредством большой чугунной соединительной коробки, причем крышку держали шестнадцать болтов. От сырости контакты окислялись, и ему приходилось часто снимать и закрывать крышку. Чтобы облегчить себе работу, но при этом внешний вид оставить прежним, хитрец вышел на гора, срезал четырнадцать головок у болтов, приварил их изнутри, как будто они затянуты намертво. Открывать и закрывать коробку на двух болтах было легко и быстро. Но об этом знал он один.

Наконец светлая голова (у начальства белые каски) добралась и до этой соединительной коробки. Подозвав слесаря, чтобы сообщить, за что тот будет лишен премии, ученый муж попытался затянуть приваренный болт. Тот ни с места. Инженер не сдавался. Побагровев от напряжения, Геракл стал гнуть метровый вороток. Здесь крючки, на которых висела двухпудовая коробка, не выдержали, и чугуняка с радостью прихлопнула стопу силача.
Академик, глянув на свои ласты, взвыл так, что самому страшно стало. Забросив подальше ключ, он зашкандыбал на гора.

Эта хитрость слесаря так бы и осталась нераскрытой, но уходя в отпуск, избавитель забыл рассказать о секрете своему напарнику, и тот, промучившись с болтами, но так и не открыв ее, отрезал кабеля и поставил новую.

О том, как двум байдарочникам пригодились навыки гребли.[править]

Два молодых спортсмена байдарочника, в надежде применить на практике свои профессиональные навыки, устроились на работу горнорабочими гидрошахты. Наставником к практикантам определили опытного старого горняка, который ко всему прочему в молодости командовал речной баржей.
Вооружив новобранцев лопатами, седовласый горняк повел молодежь по наклонному стволу грести лопатой черное золото.

А в это время проходчики, наученные горьким опытом частого затопления своего забоя из-за поломки старых насосов угольной пульпой, закончили установку запруды. На месте пересечения наклонного путевого ствола и выработки, ведущей в насосную камеру, установили метровую транспортерную ленту. Как оказалось, не зря. Пока проходчики добирались до забоя, от перегрузки срезало вал на высоковольтном электродвигателе. Прибывающая с очистных участков, работающих на гидросмыве угольная пульпа, стала заполнять камеру, грозя вот-вот затопить последний сверхмощный электродвигатель.

Чтобы избежать затопления, по приказу дежурного по шахте оповестив шахтеров, работающих в углубке, приступили к разбору сооруженной дамбы. Вода в этом месте уже подходила к полутора метрам.
В этот роковой час морское звено выходило из сбойки. Вода подошла вплотную к барьеру, на котором стоял состав из двух площадок с гондолой и вагонеткой с балластом. Гондола – это плоскодонное шестиметровое корыто, на котором доставляют материалы в забой.

Морской волк подтоплению не удивился и решил разыграть удивленных курсантов. Волевым голосом гаркнул: «Судно на воду!». Не успел он опомниться, как гондола покачивалась на волнах, а двое мореходов держали в руках весла. Флотоводец вступил на субмарину, и в этот миг запруда рухнула. Вода устремилась вниз, подхватив гондолу и гондольеров. Байдарочники среагировали мгновенно, и в полной уверенности, что это и есть шахтерский труд, заработали лопатами. А флибустьер, увидев в какую клоаку они несутся, стал перечислять всех родственников, имеющих отношение к флоту.

Проходчики, пережидающие в сбойке волну затопления, потеряли дар материться и долго не могли отойти от столбняка, когда мимо них пронеслась каноэ с лихими гребцами и словоохотливым капитаном. После этого случая адмирала списали на берег, а для байдарочников любая горная река стала легкой прогулкой.

О том, как важно соблюдать правила безопасности, особенно руководителям[править]

Коммунистический лозунг «Фабрики и шахты принадлежат рабочим» некоторые политически безграмотные шахтеры принимали как призыв к действию и потому брали свое и тащили домой. И вот когда на шахту поступили экспериментальные нейлоновые вентиляционные трубы к эксперименту тут же подключилось начальство, обремененное ко всему прочему и своим домашним строительством. Рабочие тоже жаждали приобщиться к новому.

Пока домовитые передовики пополняли домашний скарб, проходческая бригада - при плохой вентиляции на старых и дырявых трубах в забой много воздуха не загонишь – провалила план по вскрытию перепускной скважины. Очистной участок простаивал две недели, не добывая угля. И вот когда проходчики пробились к скважине, руководство участка, чтобы быстро отчитаться о выполнении плана, решило без согласования с инспекцией по безопасности вырезать в огромной стальной трубе перепускное окно. Газа было ноль и вокруг все было залито водой. Втихаря спустили кислородный баллон и прорезали окно. Как только железный квадрат упал на почву, кислород закончился. Соответственно на радостях про баллон забыли. Весь уголь потек в насосную станцию рекой в буквальном смысле, ведь добыча шла на гидрошахте.

Все бы ничего, но здесь на шахту приехала с внеплановой проверкой областная комиссия, и начальник участка в испуге готов был сам тащить грозящий неприятностями баллон. Он чувствовал, как зашаталось под ним кресло. Но все-таки для выполнения столь деликатной операции послал двух опытных горняков, знающих все ходы и выходы на шахте.

Легионеры шустро обогнали комиссию и, взвалив железяку, потащили ее к ближайшей сбойке. Только проверяющие шли семимильными шагами, и их огоньки уже светились в сбойке и по штреку.
Загнанные в тупик несуны, спасая свои шкуры, сбросили баллон в перепускную скважину.
А в это время в насосной станции, куда летел баллон, в ожидании проверяющих лихорадочно устраняли недоделки.

Услышав грохот, горный мастер своим мягким местом почувствовал грозящую неприятность, а когда увидел выпавший из трубы кислородный баллон, у него волосы встали дыбом.
Завывая, он вспомнил про стоящий на барьере вагон с новыми вентиляционными трубами. Не раздумывая, отрезал большой кусок нейлоновой трубы, завернул в него баллон и связал его ремнем от самоспасателя. Проделав операцию по маскировке, он убежал искать работягу, чтобы утащить эту находку-сувенир.

В это время тот самый работяга наткнулся на этот сверток новенького нейлонового материала и, вспомнив лозунг «Все принадлежит народу», взвалил свою ношу на плечи. Она, как известно не тянет, и он направился на гора, представляя как починит крышу на кухне, а если судить по весу поклажи, то и на гараж хватит.

И вот в этих радужных грезах он столкнулся лоб в лоб с начальником участка, по совместительству парторгом. Тот, увидев расхитителя социалистической собственности, побагровел от ярости, и тут же сообщил бедолаге о его увольнении и отдаче под товарищеский суд.

Подземный бурлак со злобой бросил уже не свою ношу на угольный штыб. От удара узел лопнул и к ногам честного руководителя скатился тот самый кислородный баллон, из-за которого и заходило ходуном его кресло. Тут почва стала уходить из под ног марксиста. Тогда партийный оратор дрожащим голосом, боясь, что его услышат проверяющие, стал одаривать подследственного увещеваниями о «Почетной грамоте» и, наконец, о присвоение ему звания «Почетный шахтер СССР». Незаслуженно обиженный шахтер согласился. Начальник участка помог взвалить на горб заслуженному человеку этот злополучный объект несчастья, и с радостью отправил спасителя на гора.

О том, как демобилизованный подводник провел первый день на гидрошахте[править]

Отслужив три года под водой, демобилизованный подводник устроился на гидрошахту ловить длинный рубль под землей. На первом наряде по причине коллективной пьянки по случаю дня получки, горнорабочих было раз два и обчелся. И поэтому новобранца отдали под начало бригадира такелажников. Хмурый после тяжелого похмелья бугор убеждал начальника, что разгрузить две «козы» с металлопрофилем он один сможет только за полсмены. Но взбодренный большими премиальными металлист вместе с учеником отправился в шахту.

Проехав на канатно-кресельной дороге и пройдя сбой, шахтерский тандем вышел на наклонный ствол. Точнее сказать, на берег наклонного ствола, Потому что, когда они выдавили заглушку на пульповоде, вода хлынула вниз в насосную станцию бурным горным потоком. Бывший подводник не предполагал, что под землей окунется в морскую стихию. Наставник же ловко, как обезьяна, схватился за верхняки и на руках перебрался на другой берег. Молодой рекрут неуклюже перебираясь по проторенному пути жалел, что не прихватил с флота спасательный жилет.

Проходя мимо насосной станции, резервист еще больше убедился в неразрывной связи земли и моря. Станция, как гибнущая подводная лодка наполовину была затоплена водой. Мотористы, как моряки, пытались запустить аварийный насос. Подземный боцман спокойно сказал: «Мы здесь часто тонем, но еще никто не утонул, да и сушилка под боком.» И указал на подстанцию, где на огромном ребристом трансформаторе, похожем на бегемота, лежал и грелся в мокрых трусах шахтер, а его роба сушилась на других мычащих бегемотах.

Всю оставшуюся дорогу начинающий специалист, спотыкаясь, пытался осмыслить увиденное. На рабочем месте, у заезда в проходческий забой ветеран обратил внимание на лицо бойскаута подземелья. Боец явно пытался совместить то, что он увидел и то, что он представлял о шахте. Но совместить несовместимое невозможно, о чем и свидетельствовала его физиономия.

Посоветовав комсомольцу спокойно стоять в сбойке, орденоносец дал сигнал лебедчику на пуск вагонов. Но покой приходит только во сне. Трос лопнул и «козы» с металлом с ужасным грохотом рванули вниз. Наткнувшись на барьер, встали на дыбы и, лягнув ящик с инертной пылью, сбросили с себя стальную поклажу. После чего их догнали вагонетки, и они со стальным ржанием и блеяньем, выбивая копытами искры из рельс, сорвали барьер и «орлами» полетели в углубку. А старый спелеолог спокойно стряхнул с себя пыль, и дал сигнал «стоп» лебедчику.

Речная терминология прочно входила в жизнь молодогвардейца. Металл предстояло грузить в гондолу, и с помощью лебедки груз доставлялся в забой. Пока грузили под завязку стальное судно, практикант думал, что его наставник хитер, когда убеждал начальника, что будет разгружать «козы» полсмены. Ведь здесь, оказывается, автоматическая разгрузка.

Чтобы груз не перевернулся по дороге, наехав на борт выработки, главный бурлак оставил морячка сопровождать баржу и, если что, сигнализировать об опасности. Правда по причине спешки забыл предупредить о находящейся впереди глубокой мульде.

Пионер шахтерских горизонтов не долго думая сел на нос корабля, и гондола поползла в сторону забоя.
Открывшийся впереди бескрайний водный горизонт по идее не должен был удивить бывшего морехода, но удивил. Баржа превратилась в подводную лодку, а сигнальщик – в перископ. Ведь на поверхности мульды виднелась только его голова, сигнализирующая: все нормально, идем на базу.

О том, как шахтеры воровали медный кабель[править]

Когда завалило небольшую сбойку, с двух сторон завала остался торчать кабель с толстыми медными жилами. Только два вороватых горняка обрадовались этому происшествию. И вот в ночную смену с разных сторон к завалу подошли несуны меди. Один, что похитрее, решил завладеть всем кладом и прицепил к бронированной змее трос от лебедки, механизировав процесс похищения. Другой, что попроще, решил довольствоваться малым и отрубить свою долю. В этот момент у него сбилась портянка, и он решил переобуться. Снял сапог и прислонил его к богатому кабелю.

Тот, что хитрее, включил лебедку и стал загребать медь в свои руки. Змея поползла, разорванная броня кожи зацепила сапог и утянула его в пустоту завала. Пока босоногий шахтер кричал: «Черт побери!», обувь исчезла. А здесь и светильник сдох, так что бедный расхититель, натыкаясь в темноте и сбивая головой заслоны с инертной пылью, побрел восвояси.

Удачливый хитрец сначала испугался, услышав из завала «Черт!», но перекрестившись и пугаясь каждого шороха, потащил сокровище навстречу соплеменнику.
Остановившись отдохнуть, кладоискатель услышал, как кто-то неуверенно идет по илистой почве. Выключив светильник, он стал ждать. По штреку шел белый призрак с одним мерцающим глазом во лбу. Широко расставив руки, он направлялся прямо к нему.
Воришка вспомнил предупреждение про черта, завопил: «Шайтан!!!», и бросился бежать.

В этот момент горный мастер, отвечающий за все, что происходит в его смену, обнаруживает пропажу кабеля и слышит жуткий крик «Шайтан!». Богобоязненный рабочий, встретив начальника, начинает сбивчиво рассказывать, то открещиваясь, то отплевываясь, о нечистой силе, шарахающейся по выработке.
Пока два единоверца обсуждали план погони за чертовщиной, невезучий кладоискатель обнаружил брошенную медь и посчитал это даром свыше за перенесенные страдания. Он потащил клад через сбойку на путевой уклон.

Подземные гонители бесов подошли к месту встречи с оборотнем, и с изумлением обнаружили следы человеческой ступни. Судя по отпечаткам, бес передвигался на одной ноге, и каждый отпечаток был посыпан белой пылью.
«Территорию метил» - сделал вывод горный мастер.
А в это время неудачливый воришка, лишенный медного богатства, самозабвенно докладывал начальству, что нечистая сила утащила кабель.

По случаю пропажи медесодержащей вещи никого наказывать не стали, и вора искать побоялись. От греха подальше.

О том, как один шахтер своим внутренним трубным гласом вещал о грядущих происшествиях.[править]

Инженерный просчет обходится порой очень дорого. Узнать, нутром почувствовать, где схоронилась ошибка, дано не каждому экстрасенсу.

При пересечении двух подземных выработок сооружается площадка сопряжения, которая должна десятилетия держать на своих стальных плечах огромную массу обнаженной породы.

И вот во время сооружения этой конструкции у одного проходчика появилось предчувствие, что слишком хлипкая устанавливается крепь. У чернокнижника подземелья прорезался внутренний голос. Этот внутренний ворчун сначала испортил воздух, а потом и настроение товарищам по звену. Так у плохого солдата всегда перед атакой понос.
О своих предположения относительно надежности крепи, сделанной по смелому инженерному расчету, ведун, чтобы не накликать беды, промолчал. Но всегда, когда он проходил под этой площадкой, внутренний голос напоминал о себе трубным голосом, заставляя вещуна опрометью лететь до ближайшей сбойки, чтобы освободиться от мерзких предчувствий.

Знамение сбылось в ночную смену. Слава Богу, не было людей, когда хламида под давлением породы рухнула.
Что ж, и горные инженеры учатся на своих ошибках – на месте обвала появился железобетонный монстр.

При возведение двух следующих площадок сопряжения внутренний голос прорицателя не беспокоил. А вот при установке площадки на пересечении двух коренных выработок, чревовещатель взбесился – завопил так, что его трудно было не услышать.
О своих нехороших догадках темный шаман поведал руководителю участка. Инженер-агностик выдал массу советов, как заткнуть горло, говорящее не ко времени. А горный мастер предложил для этих целей свой чопик. Жрец замолчал.

Только вот как случалось черномазому Вуду проходить под этим шалашом, включалась газовая турбина и уносила мага до ближайшего закутка.
Ничего удивительного, что вскоре инженерное чудо село. Порода сломала стальной хребет.

Молва о чудотворце разнеслась по всей шахте. Теперь инженеры, при сооружении площадок, не только на расчеты смотрят, но и прислушиваются к брахману.

О том, как один шахтер-агностик поверил в Бога и перестал пить горькую…[править]

Запасной выход из шахты располагался в живописном месте, чуть-чуть потеснив огороды небольшой деревушки. Неудивительно, что рабочий класс, особенно поклонники зеленого змия, не упускали момента выбраться на гора пораньше.

Наверное, по божьему велению в одном горняцком звене оказались два сектанта и пьяница. Два баптиста были на самом хорошем счету у начальства, в любое время, если этого требовала производственная необходимость, задерживались на смене, и чтоб они поднялись на гора хоть на минуту раньше, такого никто не помнил.

И вот как-то рубаха-парень, придя на работу с большого бодуна, мучаясь жаждой, выпил у правоверных христиан всю воду, и кое-как выполнив наряд, направил свои стопы на гора. При этом злодей соблазнял добрых самаритян поступить так же.

А в большом трудовом коллективе, кроме этих двух категорий тружеников, была еще прослойка шутников. И вот эти балагуры-краснобаи, перед спуском в шахту заметили, что у запасного выхода, по которому они спускались в забой, пасется черный козел. Недолго думая, комедианты отвязали копытного зверя и потащили его за собой. У дверей бетонной перемычки плуты и привязали мифическое животное.

В это время, пьяница, чувствуя свою вину, пытался добиться согласия звеньевого на свой ранний уход с рабочего места. Дыша перегаром, богохульник призывал на помощь всех ангелов, в том числе и падших с неба.
Крестясь, староверы предупреждали пропойцу, что все, расположенное под землей на глубине больше двух метров, отдано во власть Вельзевула. А проспиртованный атеист говорил, что если он встретит черта, то поставит его на четыре кости. Далее расстрига-иезуит, упиваясь своим красноречием, твердил, что оседлает этого побледневшего коня и пробороздит на нем все выработки.
Фарисеи не выдержали и, проклиная язычника, отпустили его на все четыре стороны чистилища.

После их слов вольноотпущеннику стало не по себе. Отгоняя дурные предчувствия, на всякий случай, плюнув на всех три раза через плечо, он двинулся в путь. Тут еще совпадение: идущие ему навстречу по штреку прихожане с каким-то неземным сиянием на касках, сообщили одинокому паломнику о нечистой силе, спустившейся в шахту.

Дойдя до врат перемычки, укротитель зеленых демонов вытер со лба холодный пот, перекрестился двумя руками и нерешительно открыл тяжелые ворота.
Перед ним возникла рогатая физиономия князя тьмы. Сибиряк в ужасе закрыл дверь напророченного чистилища. Суматошно вспомнил все молитвы, а заодно и изречения Карла Маркса, Фридриха Энгельса и Клары Цеткин в надежде, что все это прогонит злой дух в светлое коммунистическое будущее.
Заплевав все плечо, кандидат в члены РСДРП приоткрыл дверь и увидел: красноглазый зверь открыл свой рот, чтобы произнести имя обреченного. Через минуту трудоармеец лежал в ногах своих праведных товарищей по звену, прося их о заступничестве.

После сбивчивого рассказа своего собрата экиминисты не на шутку встревожились, а новоиспеченный богоборец, вырывая черенки из лопат, связывал их крестом и осенял крестным знамением выработку.
Пятидесятники, не сговариваясь, поведали друг другу о затупившихся топорах, которые нужно вынести для заточки на гора.
И вот крестный ход двинулся в путь. Впереди – озаренный видением свыше затворник, позади – два схимника, у каждого по топору за поясом.

К тому времени кто-то из шахтового Гринписа спас бедное животное и оно спокойно продолжало пастись у промплощадки.
Послушники подошли к злополучным дверям. Служители Иеговы совершили обряд «Изыди ты» и лютеране осторожно открыли врата. Нечистая сила бежала, о чем свидетельствовали следы парнокопытного злодея.
После этого случая гражданин страны Советов завязал с выпивкой и без нательного крестика никогда не спускался в шахту.


Creative Commons License Данный текст/изображение/группа изображений, созданный автором по имени Валерий Ухандеев, публикуется на условиях лицензии Creative Commons Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений (Attribution-NonCommercial-NoDerivs) 3.0 Unported.